Пригодились наконец-то замашки твои кобелиные. Хоть для пользы дела пойдут. Остепенишься, гляди, дом-семья-работа. Чем черт не шутит? Ну, а если серьезно, она что думает — это гарантия?
— Ей не так штамп в паспорте нужен, как считаться одной из нас. Думает, фамилия Воронова прикроет ее бля***ий зад от притязаний бывшего любовника.
Хм, каков план… Освободиться из-под одного покровительства, сменить его на другое, по всей видимости, для нее более перспективное. Значит, не так твердо на ногах стоит Беликов, как нам кажется, или же ее влияние ослабевает.
Понятно, что брак полостью фиктивный, если вообще состоится. Но на данном этапе главное ее не спугнуть и выжать максимум, а способ — дело второстепенное.
— Ну, обещать — не значит жениться, а жениться — не значит сделать женой. Будем решать проблемы по мере их поступления. Что ты ей ответил?
— Сказал, что подумаю…
— Это верно. Тут думать всем надо. Блефовать нужно очень правдоподобно, чтобы даже Станиславский с того света аплодировал… Для начала дело закрыть по оружию и прокурора на крючок посадить… А Таня… — усмехнулся, — брат, за фраком-то когда едем?
— Меня больше интересует, где мы проведем мальчишник…
— Кстати о мальчишниках и прочем веселье.
Как там дела по алкоголю. Ахмед проглотил, что мы ему обороты убавили?
— Пришлось, только чувствую, что костью в горле стоит ему все это. Сам знаешь, что за мразь… За зад хрен возьмешь, увиливает, с**а.
— Значит, пока все по-прежнему — придерживаемся вынужденного нейтралитета.
Наших удалось внедрить? Живы еще?
— Бегают пока… Наблюдаем и спиной не поворачиваемся…
Я подхватил его фразу, потому что подумали мы об одном и том же:
— Держа за ней сжатый в кулаке нож…
— Именно так, брат, именно так… Ну что — по делам? Некогда расслабляться.
— Да, Макс. Покой нам только снится…
* * *— Андрей, я когда говорила, что дело важное и не терпит промедления, имела в виду нечто другое, но меня порадовал ход твоих мыслей… и не только мыслей, — Настя лежала на кровати, глядя в потолок, не пытаясь, как многие, прикрыть простыней свою наготу.
Никогда не понимал это напускное стеснение — как будто я что-то не успел там рассмотреть.
— Уверен, что это дело не менее важное, я бы даже сказал… срочное, — я встал с постели и пошел в сторону бара. Налив Насте бокал белого вина, а себе как обычно, вернулся обратно и протянул ей напиток. — Анастасия Сергеевна, у вас тут так уютно, что я чувствую себя, как дома.
