А вот я бы не стала… Мейра! Я с трудом отвела взгляд от проплывающего мимо подноса: очень хотелось выпить. Причем как для утоления жажды, так и для успокоения нервов и подпитки лицедейства.
В общем, прием перешел в неформальную фазу, хоть весьма культурно оформленную, и я наивно понадеялась, что удастся затеряться в толпе и, может даже, отведать манящего напитка, с виду напоминающего валарийское игристое вино.
Не тут-то было. Не успели мы, вежливо улыбаясь и раскланиваясь во все стороны (улыбалась я застывшей кукольной гримаской, а изящно кланялись фрейлины), отойти от дверей на пару шагов, как на весь зал прозвучало:
— Моя дорогая!
Честно? Я вздрогнула и едва не спряталась за лийру Бри.
— Лийры, подойдите! — поощрил нас всех первый принц, и теперь уже фрейлины дернулись, словно пытались укрыться за мной. Ну, лийры Фриз и Марасте точно.
После секундной (практически незаметной) заминки лийра Бри расцвела счастливой улыбкой и, высоко держа голову, направилась к королевской семье. Нам ничего не оставалось, как последовать за ней.
Я бы, может, хотела метнуться в толпу придворных и там раствориться, но впереди шагала лийра Бри, по бокам меня конвоировали лийры Фриз и Марасте, а сзади пути к отступлению отсекала сверлящая спину тяжелым неприязненным взглядом лийра Демонти. Ну бежать некуда. Да и если я собиралась остаться незамеченной, то платье следовало надеть попроще. Я улыбнулась иронично, следя за тем, чтобы сохранять прекрасную осанку и не сбиться с шага."
"Разговоры смолкли, приглашенные на прием дамы и господа с интересом смотрели на нас и на первого принца, привлекшего их внимание.
В противоположном от входа конце зала располагалось возвышение, на котором стояли четыре кресла с высокими спинками: в левом крайнем разместилась королева, далее находился король, рядом с ним обретался первый принц, а вот четвертое место пустовало. К королевской семье вели две широкие, но невысокие ступени. В шаге от этих ступеней и остановилась лийра Бри.
Фрейлины поклонились: опять слаженно, почтительно и красиво, и отступили в сторону, оставив меня одну пред очами правителей Итерстана.
Ну что ж… Я шагнула вперед и, держа спину и шею на одной линии, склонилась в глубоком реверансе, одним коленом касаясь пола, но не опираясь на него. Почтительно опустились ресницы, но не лицо, бордовым закатным солнцем легла на мраморный пол роскошная юбка, замерли в изящном жесте руки. И да! При этом я не дрожала, не сутулилась и не заваливалась набок.
