А он вдруг судорожно вздохнул и крепко сжал обеими руками мои плечи. Перчатки снимать не стал, за что я ему была благодарна. Уткнул лицо мне в затылок и заговорил тихо:
— Мне исполнилось девятнадцать, и это был тяжелый для меня год. Чтобы развеяться, я впервые поехал во главе итерстанской делегации на переговоры с Двуречным Сетарром, небольшой, но крайне досаждающей нам страной на северо-западной границе. Мы встретились в приграничном городе Науртен. В общем-то все уже было решено, и от меня требовалась только подпись.
Договор был… крайне невыгодным, даже унизительным для Итерстана, но отец заключил его, чтобы дать нашей стране передышку. Лорд-канцлер Сетарра не скрывал своего ликования и пренебрежительного превосходства. Он даже посмел дать мне пару советов по управлению моей страной. И я… перестал сопротивляться темной силе во мне. Принял ее целиком и полностью, решил не подавлять, а использовать. Перед подписанием договора я снял перчатки, предложив скрепить наш дружеский союз рукопожатием.
Мои… способности — это государственная тайна Итерстана, так что лорд-канцлер протянул свою руку безбоязненно. А я ему — свою, а в другую взял мирный договор между нашими странами.
Делаэрт прервался и помолчал. Я тоже молчала, боясь пошевелиться. Мейра, какого авирра он мне это рассказывает?!
— Он понял сразу же и сразу почувствовал, — глухо продолжил первый принц. — Пытался вырваться, но я не отпускал. Стискивал его ладонь до тех пор, пока он не упал к моим ногам и не затих.
Только тогда отпустил его руку. От нее осталась… одна кость.
Мейра! Я сглотнула, стараясь сделать это неслышно.
— Я все ждал, когда на меня нападут его люди? Или остановят мои же? Я был готов к бою. Не со своими, нет, но с сетаррцами — да. Я просто желал дать выход переполнявшей меня жажде разрушения. — Принц помедлил. — Но никто даже с места не сдвинулся. И, кроме стонов умирающего лорда-канцлера, не было ни одного звука. Он погиб, но никто даже не посмел шелохнуться, чтобы прийти ему на помощь.
И тогда я осознал свою силу. И ее влияние на людей. Я вытянул вперед свои руки, разглядывая их: на правой ладони были какие-то ошметки, почему-то желто-зеленого цвета, а на левой… пепел от сожженного договора. Мне кажется, Анаис, — усмехнулся Родерик Делаэрт, — именно тогда я и потерял свою невинность.
Он чуть оторвался от моего затылка и запечатлел на моих локонах легкий поцелуй.
