– А мзда? Где она в моторе? И слово «горемычного» непонятно.
– Мзда лежит в кошельке… А вот и стройка! Решай: или дальше едем вместе, или отдаю тебя гастарбайтерам на полный разбор. А «горемычный» – это несчастный неудачник.
– Давайте дружить… – тихо произнес интеллект.
– Верное решение. Но если хочешь наладить наши отношения, замолчи!
Куда там! Следующие минут десять Иммануил постоянно вскрикивал: «Там нет дороги!», «Туда нельзя!», «Ой, река!», «Стойте, впереди болото!» Но я, не обращая внимания на его вопли, бодро двигалась в нужном направлении и под громкой визг «поворот налево запрещен, овраг! Писец! Канава!» выехала на Новорижское шоссе и помчалась вперед.
– Сделай одолжение, прекрати нецензурно ругаться.
– Ни разу не произнес нехороших слов! – начал возмущаться Иммануил.
– А кто уже не в первый раз говорит «писец»?
– Писец – маленькая лисичка, обитает в арктических и тундровых районах Евразии и Америки, – протараторил Иммануил.
– Животное именуется «песец», через «е», – объяснила я. – А то, что ты произносишь, является завуалированным ругательством.
– Каким? Зав… уа…
– Завуалированным, покрытым вуалью – такой занавеской для лица, раньше ее часто использовали дамы. Сейчас вуаль напрочь вышла из моды.
– Зачем песец носит на морде штору? – поинтересовался Иммануил.
– Песец не носит штору, – вздохнула я. – Я не способна тебе все объяснить. Просто запомни, что говорить «писец» не следует. Это крайне неприлично. Если не секрет, где ты это слово узнал?
– Я самообучающаяся система, «писец» все время произносил тот, кто меня собирал.
Я его спросил: «Почему вы говорите о маленькой лисичке?» Он ответил: «Потому что все через задницу идет». Я уточнил: «При чем здесь мягкие ткани задней и латеральной поверхностей таза, представленные ягодичными мышцами, подкожной клетчаткой и кожей?»
Я постаралась не расхохотаться.
– Что услышал в ответ?
– «Не умничай. Если попал в нервную ситуацию, то это писец». Про неприличность слова мне не говорили.
– Сколько времени нам до дома катить? – осведомилась я.
– Двадцать девять минут, – процедил интеллект. – Вы нарушили все правила. И этого шоссе я на карте не вижу.
– Да, – согласилась я. – Дороги, которой я воспользовалась, не существует. Нет ее нигде.
– Нельзя ехать по дороге, которой нет, – уже без особой уверенности сказал интеллект.
– Хорошей дороги там точно нет. Но есть колея.
– Колея?
– Следы от колес машин на земле, – пояснила я. – Если живешь в области, следует знать хитрые пути объезда пробок.
