Ведь раньше я все время гнал от себя подспудно подбирающуюся мысль — а что если и правда сдаться мне на милость Тариса? А там, согнувшись у его ног, я могу извернуться и попытаться прикоснуться к проклятому древнему некроманту. Могу попытаться «выпить» его с помощью своих новых и почти непонятных сил.
Теперь же, если Тарис увидел мои способности, то, как я, играючи «опустошил» крылатую нежить, он ни за что не подпустит меня к себе столь близко, чтобы я мог попытаться его коснуться. Либо же обезопасит себя иным способом.
Впрочем, младший принц из рода Ван Санти давно уже практикует некромантию и куда опытнее в делах с жизненной силой. Он мог давно уже защитить себя от подобного способа атаки.
Как бы то ни было — пусть крохотный, но шанс теперь упущен.
— Значит, оторву ему голову, — прорычал я тихо, следуя узкой тропинке, ведущей к платформе подъемника.
Отступление второе— Догнать! Догнать! — властный крик буквально источал ярость. — Схватить! Заковать в кандалы! При сопротивлении — уничтожить!
Ответа не последовало, но скачущий во главе отряда королевских латников воин поднял кулак, давая понять, что услышал напутственный приказ.
Увидев знак, кричавший мужчина в темном богатом камзоле развернулся и заспешил прочь — ему предстояло много дел. В кармане камзола лежало еще несколько тонких свитков, скрепленных королевской печатью, и в каждом таком послании хоть единожды, но мелькало слово «смерть».
Воины спешили наперехват большого отряда, возглавляемого двумя дворянами из знатных древних родов, не получивших ничего после смены правящей династии и не побывав обласканными новым королем.
Более того — эти и еще несколько дворянских родов были удалены из королевского дворца, лишены многих должностей при столице, их столь долгое влияние на рычаги власти внезапно рухнуло, впервые за многие-многие века.
Ибо взошедший на трон новый владыка некогда великой империи происходил из рода, что все эти столетия прозябал в забвении на задворках государства. И нынешний король не забыл того пренебрежения и тех насмешек, исходящих от приближенных к трону дворянских родов.
И теперь отплатил сполна за древние обиды. И это было лишь начало — давно уже сплетены паутины замыслов, подготовлены верные люди… вскоре судьбы обидчиков будут решены окончательно! Тех, кто насмехался, уже поджидает ужасная судьба…
Понятно, что попавшие в опалу и покинувшие столицу представители дворянских родов прекрасно осознавали, что над их шеями уж навис топор палача.
