Проклятье…
Разложив собранные вещи, я просмотрел их и в досаде скривился, благо никто не мог видеть гримасу на скрытом шлемом лице. Ничего полезного. Абсолютно обычная мелочевка, могущая оказаться в карманах любого. Исключением служили разве что необычные шкатулки, вырезанные из кости или дерева, содержащие внутри застывшие комочки черной с зелеными разводами смолы, со знакомым мускусным запахом. Это и есть одуряющая радость стражников? Хм… случайно подняв взгляд, я увидел, как многие гномы не сводят жадных взоров с предметов у меня на ладони.
Двойное проклятье… и они туда же?
Сделав несколько шагов, я бросил весь бесполезный хлам в особо глубокую трещину рядом с железной гномьей темницей. Трещина очень глубока, и вполне понятно, почему ее за прошедшие годы не засыпали гранитной крошкой — исходящая оттуда вонь явственно показывала, что это и помойка и сток для отхожего места — стоящие рядом ведра с остатками вонючего содержимого на стенках доказывали это. Да уж… не хочется и думать о том, как гномы мылись.
Видит Создатель — не хочется думать. Но придется. Меня интересует ответ на любую пришедшую в мою голову мысль. Не поверю, что тут не было помывок — заросшие грязью рабы быстро подцепят какую-нибудь болячку, заразят других и все скопом сдохнут. Невыгодно. Но что-то не вижу я поблизости бьющих родников или падающих водопадов. Вопрос придется прояснить, иначе он так и будет мучить меня."
"Пожалуй, пора приступать…
Неторопливо избавившись от жесткой хватки ремней, я медленно снял шлем и обвел всех спокойным взглядом.
От гномов донесся дружный облегченный вздох — они уже успели увидеть свечение моих глаз за смотровыми щелями шлема и явно гадали, что за лицо окажется у их обладателя. Или же ужасная клыкастая морда нежити? На их счастье — как они думали — я оказался обычным человеком.
Завязывать разговор торопиться не стал. Показал себя — любуйтесь вволю — отошел чуть в сторону, присел на ровный каменный обломок, поставил шлем рядом, там же примостил снятый с пояса меч. Тут же подскочил понятливый Рикар, вместе с помощником, в четыре руки сложили дрова, сунули горящую головню, установили котелок, ливанули воды почти до края и так же быстро испарились, оставив меня наедине с разгорающимся костром.
Тем временем остальные мои воины заботились о гномах, щедро делясь скудной одеждой, раскладывая на расстеленной ткани нехитрую еду — вяленое и копченое мясо, такую же рыбу, остатки от вчера пристреленного оленя, высыпали грибы, сушеную ягоду, пряную траву.
