— И чтобы земля такая вот была… тоже никогда! Что тут произошло, господин Корис?"
"— Земля умерла, — с некоторой заминкой ответил я, пытаясь объяснить то, что сам понимал лишь отчасти. — В ней нет ничего живого, Рикар. Вообще ничего. Думаю, если посадить сюда пшеничное семя и обильно полить… не вырастет ничего, ибо мертвое не может питать живое. Тарис, а я уверен, что это был именно он, провел здесь какой-то очень страшный ритуал, убив при этом множество живых существ, включая людей и даже шурдов.
И Тарис буквально высосал все живое не только из жертв, но и из самой земли… либо же ритуал был настолько ужасен, что погибла даже почва.
— Создатель милостивый! — пробормотал Лени.
— Отец Великий, — поддержал его Тикса, шмыгая носом.
Они оба стояли рядом, причем я больше не ощущал исходящей от Лени неприязни и страха. А Тикса… гном никогда меня не боялся, правда, его бурные восторги моими щупальцами и ледяным телом иногда печалили меня куда больше, чем страх Лени.
— Тарис провел ритуал, — Рикар безошибочно вычленил из моего несколько бессвязного объяснения ключевые слова.
— Точно Тарис? И что за ритуал такой, склирс его пожри? Землю родимую в прах обратил! А кости — в пыль смололо! А мясо с костей где? Огня ведь не было! Запаха гари не чую, пепла не вижу. Кто-то сожрал, что ли?
— Да, — вздрогнув, и вздрогнув очень сильно, ответил я. — Кто-то сожрал… Не знаю почему, но я уверен, что мы стоим на обеденном столе какого-то немыслимого чудовища.
Не ведаю о нем ничего… но именно для него было приготовлено сие пиршество, и оно явилось на зов и отведало приготовленных яств! И пришло не от тех вон далеких гор, не от той рощи и не со стороны реки. Оно… оно просто пришло! Разом! И сожрало все угощение, оставив лишь мелко перемолотые кости…
— О Создатель! — снова Лени помянул бога. Тикса промолчал, пораженно крутя головой и рассматривая заполненную костьми и пылью яму в центре почти стертого гигантского рисунка.
— И ритуал проведен Тарисом, — добавил я. — Чувствую витающий в воздухе… отпечаток… будто тень его тени все еще здесь, колеблется в воздухе.
— Вонь его мерзкая еще не рассеялась! — понятливо кивнул здоровяк, ударяя задубевшей ладонью по топорищу зачарованного оружия. — Тварь!
Воины загомонили, посыпались крепкие ругательства, лишь ниргалы стояли бесстрастно, поглядывая по сторонам и держа арбалеты наготове. Они всегда на страже. Всегда начеку.
