— Не за что, — хмыкнул как-то странно мужчина, будто мысли эти ее уловив. Вновь как-то целиком взглядом охватил Лесю, задержавшись и на мужской сорочке, и на кулоне, что из-под ткани выглядывал. — Будет нужно что-то, обращайся, куда писать, знаешь. Только ближайшую неделю не отвечу, так что, если быстро решишь что-то переиграть, Валерия, не выйдет, — глянул с намеком, напоминая будто ей, что с прошлым покончено. — Дела, уезжаю.
— Не решу, — не поняла его намека она, покрепче сжала рюкзак, открыв дверь.
— Спасибо, — повторила еще раз и вышла на улицу с какой-то отчаянной решимостью не тянуть резину. — Всего доброго, — обернулась напоследок к Шусту и его водителю.
— И тебе не хворать, Валерия, — будто хотел, чтоб она запомнила это имя, кивнул Шуст, словно развеселившись от ее вежливости. Но это не было видно на лице, просто ощущалось как-то.
Леся закрыла дверь и машина тут же тронулась, укатив куда-то дальше, где дорога вдоль реки изгиб делала.
А Леся отправилась искать администратора и узнавать про номер.
Шуст не обманул и тут, гостиница была очень хорошей. Не пять звезд, конечно, но твердые три, а Леся и на подобное в таком городке не рассчитывала. Постельное белье чистое, в номере, хоть и небольшом, тоже придраться не к чему. И с документами у нее никаких сложностей не возникло.
Закрыв за спиной дверь номера, на всякий случай повесив табличку «не беспокоить», она с радостью увидела небольшой чайник, чашку, и стики с растворимым кофе и самым простым чаем, на который, быть может, и не посмотрела бы даже еще позавчера.
А сейчас — почти счастье.
Странно, но есть не хотелось, аж подворачивало. И почему-то морозило… Нервное, наверное. Вообще, ее трясло внутри с того момента, как из авто вышла.
Потому сейчас, набрав из-под крана в санузле воду, она включила чайник, бросила пакетик в чашку.
И, пока вода закипала, поставив рюкзак у кровати, переоделась, сняв джинсы и майку, да замотавшись в отельный халат. Тоже чистый и свежий. А вот сорочку Коли оставила. Ей был нужен сейчас хоть привкус его аромата, хоть призрачное ощущение его объятий… И Леся предпочитала не думать о глубинной причине такой потребности, слишком устала морально, до слез, которые вдруг навернулись на глаза.
