— Да и что здесь взять можно сейчас? Все столы делами психушки завалены, а они даром никому не сдались.
— Но это не значит, что надо относиться к правилам наплевательски, — сказал первый. Мысленно я почему-то назвал его «отличником». Были в его голосе какие-то нотки, свойственные заучкам.
— Это правда, — согласился «Баба Яга». — К правилам надо относиться со всей серьезностью.
Натянутый такой слегка был диалог. Будто оба его участника перебрасывались фразами, чтобы не молчать, потому что знают, что разговор на самом деле пойдет не об этом.
«Черт, а вдруг у них тут свидание?» — мелькнула дикая мысль. Дядька в возрасте соблазнил молодого, и теперь они поддерживают светскую беседу перед тем, как начать. Бррр. Вроде в Третьем Рейхе на этот счет были какие-то довольно суровые законы… Но с другой стороны, раз были законы, значит и их нарушители тоже были…
— Но вы хотели не об этом поговорить, верно? — сказал отличник.
— Верно, — согласился Баба Яга.
— И речь пойдет про ликантропию, так? — отличник загромыхал стулом.
Придвигая его к моему «убежищу». Благо, не с той стороны, где я прятался.
— На совещании я заметил, что вы… Как бы это сказать… Не питаете к этой теме особого пиетета, — Баба Яга засмеялся.
— Послушайте, но вы же видели отчеты криминалистов? — в голосе отличника зазвучало раздражение. — Любой здравомыслящий человек может сделать вывод, что это действия ловкого авантюриста, но никак не мифического русского оборотня. Если бы на Гогензайма и прочих напало чудовище, то картина была бы совсем иная…
— Подождите, остановитесь! — перебил его Баба Яга.
— Я ваши аргументы слышал на совещании, незачем их повторять. Я чрезвычайно рад, что вы тоже считаете все эти фантасмагории бредом.
— Тогда о чем… — отличник споткнулся. На несколько секунд повисло молчание.
— Вы умный молодой человек, — вкрадчиво проговорил Баба Яга. — Скажите мне, что произойдет, если герр Зиверс прислушается к вашим аргументам и свернет проект исследования феномена «русской ликантропии».
— Мне кажется, герр Зиверс и так куда больше увлечен медицинским центром для герра Рашера, — вот тут раздражение звучало вовсе не нотками.
Тон стал практически обиженным.
— И все-таки ответьте мне, — настаивал Баба Яга.
— Мы вернемся в Берлин, — хмыкнул отличник. — Или нас отправят в другое место, где наша работа будет более нужна.
— Что вы собираетесь делать, когда война закончится? — вдруг резко спросил Баба Яга."
"Бл*ха, а ведь старый и впрямь, соблазняет молодого.
