Швырнув пиджак и галстук на спинку стула, едва вернувшись в свою спальню, он расстегивает две верхние пуговицы рубашки и хватается руками за волосы.
Все хорошо. Все хорошо.
Это определенно была ужасная идея. Но все хорошо.
Алекс не уверен, стоит ли ему снять с себя что-то еще из одежды. У него нет времени изучить правила дресс-кода по приему своего заклятого-врага-превратившегося-в-лучшего-друга, который вот-вот должен зайти в его комнату, чтобы заняться сексом. В особенности если эта комната находится в Белом доме, а другом является гей, который, ко всему прочему, еще и принц Англии.
Свет в комнате приглушен – горит одна-единственная лампа в углу у дивана, размывая темно-синие тона стен. Алекс переносит все документы по кампании с кровати на стол и поправляет постельное белье. Затем смотрит на старинный камин, резные детали облицовки которого такие же древние, как и эта страна. Может, это и не Кенсингтонский дворец, но выглядит все вполне прилично.
Боже, если бы какие-то призраки отцов-основателей решили погулять этим вечером в стенах Белого дома, им пришлось бы нелегко.
Алекс пытается не думать о том, что будет дальше.
Возможно, у него не было практики, но он преуспевает в теории. У него есть схемы и графики. Он справится.
Он действительно очень этого хочет – в этом он абсолютно уверен.
Алекс прикрывает глаза и опирается кончиками пальцев о прохладную поверхность рабочего стола, прикасаясь к бумагам. Его сознание переносится к Генри, плавным линиям его костюма, его дыханию, касавшемуся щеки Алекса, когда он его целовал.
В животе у него творится такое, что он решает никогда и никому об этом не рассказывать.
Генри. Принц. Генри, тот парень из сада. Генри, который окажется в его постели.
Алекс напоминает себе, что у него даже нет к нему чувств. Ну серьезно.
Раздается стук. Алекс проверяет телефон: 10:54.
Он открывает дверь и медленно выдыхает, увидев Генри. Он не знает, позволял ли он когда-либо себе просто посмотреть на него.
Генри, высокий и прекрасный, наполовину король – наполовину кинозвезда, с губами цвета красного вина.
Оставив в комнате пиджак и галстук, он остается в рубашке, рукава которой закатаны до локтей. Уголки его рта выдают волнение, но он лишь улыбается и произносит:
– Прости, я рано.
Алекс прикусывает губу.
– Ты нормально сюда добрался?
– Мне помогла одна из агентов, – отвечает Генри. – Кажется, ее зовут Эми.
Алекс улыбается во весь рот.
– Заходи.
Ухмылка Генри расплывается по всему его лицу.
