То, что ты считаешь «Возвращение Джедая» лучшей частью «Звездных войн» (ты неправ), потому что глубоко в душе ты огромный, сопливый и неловкий романтик, который просто хочет, чтобы все закончилось хорошо.
7. Твое умение цитировать Китса.
8. Твое умение цитировать монолог Бернадетты из «Присциллы, королевы пустыни»: «Не позволяй этому утащить тебя вниз».
9. То, как сильно ты стараешься.
10. То, как сильно ты всегда старался.
11. Как решительно ты настроен стараться и дальше.
12. Когда ты обнимаешь меня, больше ничто в этом дурацком мире не имеет значения.
13. Проклятый выпуск Le Monde, который ты привез с собой в Лондон и хранил у себя на тумбочке (да, я видел его).
14. То, как ты выглядишь спросонья.
15. Пропорции твоих талии и плеч.
16. Твое огромное, великодушное, нелепое, но несокрушимое сердце.
17. Твой такой же огромный член.
18. Твое лицо, когда ты прочитал предыдущий пункт.
19. То, как ты выглядишь спросонья (знаю, я уже говорил это, но мне правда очень-очень это нравится).
20. Тот факт, что ты любил меня все это время.
Я все еще думаю о последнем пункте с тех пор, как ты рассказал мне обо всем. Каким же я был идиотом. Иногда мне так трудно выкинуть это из головы, но сейчас я вспоминаю то, что сказал тебе той ночью в моей комнате, когда все это началось, как я отмахнулся от тебя, когда ты предложил мне свободу после того съезда, и как я пытался вести себя так, словно все это ничего не значит.
Прошу, оставайся таким же великолепным, сильным и невероятным человеком.
Я очень-очень-очень сильно скучаю по тебе и люблю тебя. Я позвоню тебе сразу же, как отправлю это письмо, но я знаю, как ты любишь, чтобы такие вещи были написаны.
А
P.S. от Рихарда Вагнера к Элизе Вилле, re: Людвиг II, 1864. (Помнишь, как ты играл мне Вагнера? Он подлец, но в этом что-то есть.)"
"«Это правда, что у меня есть мой молодой король, который искренне обожает меня. Вы даже не можете представить себе наши отношения. Я вспоминаю один из снов моей юности. Однажды мне приснилось, что Шекспир жив, что я действительно видел его и говорил с ним.
Я никогда не забуду впечатления, которое произвел на меня этот сон. Тогда мне захотелось увидеть Бетховена, хотя он тоже уже был мертв. Нечто подобное должно происходить и в мыслях этого приятного человека, когда он находится рядом со мной. Он говорит, что с трудом верит, что я действительно принадлежу ему. Никто не может читать без удивления и восхищения письма, которые он мне пишет».
