В общем, выпускные экзамены приходят и уходят незаметнее, чем ожидал Алекс. Неделя зубрежки, презентаций и обычных ночных посиделок над учебниками, и все кончено.
В целом, все годы в колледже прошли именно так. Изолированный из-за своей славы и находившийся под постоянной охраной, Алекс понимает, что его студенчество сильно отличается от опыта остальных. Он ни разу не прыгал в фонтан в кампусе. На двадцать первый день рождения в The Tombs ему не ставили печать на лбу. Иногда кажется, что он даже не учится в Джорджтауне, а просто посетил пару лекций где-то неподалеку.
Так или иначе, но Алекс выпускается, и весь зал аплодирует ему стоя, что странно, но все же круто. После награждения с ним жаждет сфоткаться сразу десяток его одногруппников. Все они знают его по имени, а он никогда даже ни с кем из них не заговаривал. Алекс улыбается, глядя в камеры айфонов их родителей, и размышляет, не следовало ли ему хотя бы попытаться.
«Алекс Клермонт-Диас окончил с отличием Университет Джорджтаун со степенью бакалавра в области государственного управления», – читает он в Google alerts, открыв их на экране телефона на заднем сиденье лимузина и еще не успев снять шапочку и мантию выпускника.
В саду Белого дома устроили грандиозную вечеринку, и Нора в платье и блейзере с лукавой улыбкой на лице целует Алекса в щеку.
– Последний из Трио Белого дома, наконец, выпустился, – говорит она, ухмыляясь. – И для этого тебе даже не пришлось подкупать своих профессоров политическими одолжениями или услугами сексуального характера.
– Думаю, в ближайшее время я все же перестану сниться им в ночных кошмарах, – отвечает Алекс.
– В колледжах всякое бывает, – говорит Джун, даже немного всплакнув.
На вечеринку приглашены политики и друзья семьи, включая Рафаэля Луну, который попадает сразу под две категории. Алекс замечает, что тот, держа в руках тарелку с сэндвичем и оживленно беседуя с дедушкой Норы, вице-президентом, выглядит усталым, но все таким же привлекательным.
Его отец только что приехал из Калифорнии, загоревший в походе через Йосемитский парк. На его лице с самодовольной ухмылкой читается гордость. Захра протягивает ему карточку со словами: «Поздравляю, ты оправдал ожидания» и едва не пихает его в чашу с пуншем, когда он пытается ее обнять.
Спустя час у него в кармане жужжит телефон, и Джун бросает на него проницательный, но нежный взгляд, когда прямо посреди разговора он отвлекается на сообщение.
