– Как же вы без документов, без разрешения поедете?
– Сейчас не так строго, как раньше, – беспечно отмахнулась Ксенексолца. Вон Харитон ездит даже в столицу со своими спекуляциями. Теперь, когда стало известно, что Сталин был гад, то теперь пострадавшим людям разрешается вернуться в свои родные места. И это справедливо, как думаешь? – задала она риторический вопрос и, зная ответ подруги, продолжала:
– Харитон говорит, уехал бы сейчас, но Самсон и слышать не желает об отъезде. Так, что он хочет на юг, но не так далеко от деда и сына.
– Эльпида все терпит?
Ксенексолца усмехнулась:
– Ты знаешь, у нее все это в порядке вещей: приезжает Харитон, и они становятся мужем и женой. Как ни в чем ни бывало.
– Интересно, а как Настасья?
– Наверно, так же. Приезжает он в Акмолинск, то есть Целиноград и тоже самое: он становится мужем ей. Ты ж знаешь, что Акмолинск переименовали? – спросила Ксенексолца подругу.
– Слышала.
– Ну и вот, о чем я? Да, и он становится мужем и отцом во второй семье.
В Целинограде работает Настин первый муж, как его? Да, Александр Власин, с погонами и звездами.
Говорят, с сыном часто видится, ловит его то в школе, то на улице. Один раз, когда Харитона не было, привалил домой, опять уговаривал Настю вернуться. Говорил, как она может терпеть такое положение вещей, когда муж живет на две семьи. Изменяет ей открыто, и она прощает, а ему, то есть Сашке, бывшему мужу, не простила простой однодневной измены.
– Так уж и однодневной! Представляю… Так что, он переехал тоже в Целиноград?
– Харитон уезжал, как раз за вещами в Алма-Ату, – продолжала с увлечением рассказывать Ксенексолца, – как узнал, что бывший Настин муж заявлялся в его доме, да еще права качал – взбесился.
Хотел найти его и пристукнуть. Анастасия еле уговорила его успокоиться. Ты ж знаешь, какой он вспыльчивый. Запретил ей на порог бывшего муженька пускать.
– Так, что Власин теперь в Целинограде живет? – переспросила опять Ирини.
– Переехал поближе, надеялся на что-то… Мужики – странные люди… Ну, неужели она к нему вернется, когда у нее на руках дочь Харитона.
И, даже, если б надумала, то тогда ж ей покоя не давал бы Харитон. Как пить дать…
– Да… Вот что делает красота. Не даром люди говорят: «Не родись красивой, а родись счастливой».
После сообщения Ксенексолцы о планах Харитона, Ирини потихоньку начала присматривать дома с вывесками «Продается дом». У себя тоже, памятуя необычайную немецкую чистоплотность кумы, принялась наводить порядки у себя дома к их приезду.
