Один раз даже приходил с женой. Такая – ничего русачка. Но он, конечно, лучше по всем статьям.
Размышляя об этом и о том, с тяжелыми подсознательными мыслями о Савве, Ирини кружила по комнатам, потом прошла в комнату спящих детей.
«Какие они все худые! Одни косточки. Надо что-нибудь вкусное приготовить им сегодня. Мука есть, надо вареники с картошкой сделать. Нет сливочного масла, но ничего – сделает на постном. Не привыкать. Только сначала надо за керосином сходить. А может, Наташу послать? Она донесет бидончик керосина.
Конечно!»"
"Ирини отправилась на огород, своему спасителю. Сколько она продала овощей с него этим летом. Как виноград помог, спасибо «Дамский пальчик» у нее особенный! Деньги вырученные экономила, как могла, а то бы никакая тетя Соня не напаслась все время занимать ей то десятку, то двадцатку, а в последний раз так вообще пятьдесят рублей.
Выбралась она все-таки в церковь с тетей Соней. Взяла даже детей с собой. Кума Лиза тоже поехала с двумя дочерьми, а вот сына не смогла уговорить.
Церковь небольшая, выкрашенная в синий цвет. Звонница совсем крохотная. Но народу полно. Тетя Соня случайно встретилась со своей давней знакомой, проговорила минут двадцать, пока не началась служба. Ирини поставила свечи за упокой братьев и отца, за здравие семьи и родных. Встала на колени и просила Господа Бога, чтоб, наконец, так или иначе объявился муж. Просила за здоровье матери, родных, детей, чтоб ничего с ними плохого не случилось, чтоб Наташа хорошо училась.
На выходе, после службы, все они собрались у ворот церкви, как обновленные. Улыбались, разговаривали только о хорошем. Откуда только все бралось? Решили, что надо хотя бы раз в месяц приезжать сюда, замаливать грехи и просить Божьей помощи.
Ирини поцапала в последний раз вокруг помидоров и баклажанов. Не мешало бы уже и полить огород. Сегодня или завтра ночью. Сосед, Тимофей Кесериди тоже был на огороде. Его жена почти никогда не выходила с цапкой на огород.
Это была его работа. Не то что ее муж, «бывший муж, уже теперь, – с тоской и ненавистью подумала Ирини. – Даже если он объявится, я никогда не разрешу ему войти в дом. Пусть и не надеется!»
Сделав вид, что она не видит соседа, Ирини долго смотрела пустыми глазами прямо перед собой, ничего не замечая, пока не подошла к ней только что проснувшаяся, Наташа. Через пять минут Ирини принялась за вареники, отослав дочь за керосином.
