Мама Нелли была в восторге от Харитоновой «Волги»."
"– Как хорошо тебе, Настенька, – говорила она. – Тебе не придется таскать в сумках и сетках продукты, как мне приходилось всю мою жизнь, вон правое плечо ниже левого от тяжестей. Спасибо, Анечка родилась, так теперь Андрей Петрович сам продуктами занимается: заезжает в магазин на служебной машине, хотя запрещается, и запасается на неделю.
Сам Харитон сразу же устроился работать бухгалтером на одной из новостроек. Теперь, как чиновника строительной организации, его называли не иначе как Дмитрием Аристотелевичем.
Дома Настя его называла Митей или Дмитрием. Так, что Харитоном его теперь редко кто называл. Как и все, Дмитрий был охвачен чувством оптимизма, каким-то всеобщим радостным настроем, царившем в по-новому названном городе. Совсем недавно переименованный в Целиноград, город стал как бы центром целинного землепашества. У Дмитрия появились новые друзья. Среди них – Виктор Милько, работавший прорабом на новостройках. Днем полностью выкладывавшийся на своей работе, вечерами он находил силы и время, в основном за бесплатно, петь перед трудящимися, играя на неразлучной гитаре.
Виктор особенно полюбился Дмитрию за пение, бравших за душу, песен и мастерскую игру на гитаре.
Каждый вечер он рассказывал Анастасие о событиях на работе, стройках новых жилых домов с квартирами для новоселов. Настя мечтала когда-нибудь жить в такой квартире.
– Ну и что хорошего жить в таких домах – общежитиях? Кругом люди, сверху топают, снизу орут? – осторожно иронизировал Харитон.
– Зато там теплый туалет, ванная. Мне даже страшно вспомнить, как тяжело было купать Мишеньку. Стирать, сушить пеленки. Не говоря о себе: сколько раз простужалась, стирая и развешивая белье на холоде.
Не прошло и недели, как Дмитрий привез в дом унитаз и ванну. Пригласил трех строителей, и они за две недели пристроили еще одну комнату – ванную. Настя не могла нарадоваться.
– Вот уж ты мне подарок преподнес так подарок к рождению ребенка, Митенька! – Она уважительно посматривала на улыбающегося мужа.
– Чем же мне заплатить тебе за такую заботу? – спрашивала она.
– Ты уж заплатила и переплатила, – отвечал он, глазами показывая, на ее живот.
– Ну, это подарок, прежде всего самой себе, – отвечала Настя, пряча улыбку.
– Ты не представляешь, какая ты сейчас красивая, – говорил он ей, усаживаясь рядом и обнимая ее.
– Спасибо. Может быть… Говорят, что несмотря ни на что, любая беременная женщина красива.
– Да.
