А потом уже и в постель можно», — мысли Эдгардо постоянно сворачивали не туда. — Вот же! Нет, нет. Лучше не торопиться с моей парой. Она не просто девочка на ночь, а женщина, уготованная мне судьбой. А ведь у меня совершенно сносит крышу в ее присутствии. Даже не думал, что это так одуряюще прекрасно чувствовать свою пару»."
"— Марго, детка, — вслух проговорил мужчина, а потом сам поморщился от того, насколько самодовольно прозвучало слово «детка». А все потому, что оно вырвалось непринужденно. Эдгардо, дабы не попасть впросак с очередной пассией, которой выпала честь скоротать с ним очередной вечер, всех называл «детками», «зайками» или «кошечками».
«Надо прикусить язык и начать контролировать себя», — его мысли снова начали разбегаться, но кот упрямо тряхнул рыжей шевелюрой и решил не блуждать в лабиринтах своих мыслей, которые то и дело скатывались к горизонтальной плоскости кровати, а выступить в роли «жилетки», которой можно обо всем рассказать.
«Особенно, если это грязные и непристойные секретики.
Вот ведь черт, снова мысли свернули не туда. Это и впрямь тяжело, когда ты был рожден котярой, как меня зовет Рина, и готов был дарить свою любовь направо и налево, делая всех женщин вокруг счастливыми. А тут придется перестраиваться и быть мужчиной для единственной женщины. Но я не против. Совершенно точно не против», — размышлял оборотень.
— Я так понял, что вы с Ариной давние знакомые, — при словах Эдгардо Марго вздрогнула и как-то растерянно посмотрела на него.
В этот момент мужчине особенно сильно захотелось прижать маленькую волчицу к себе и… зализать до изнеможения.
«Эх, снова мысли не о том», — Эдгардо стиснул руль автомобиля, дабы вернуться в реальность из мира сладких грез, куда его окунало каждый раз, как он позволял себе замечтаться.
— Да. Знакомы давно. Но не могу сказать, что знакомство было приятным… Скорее знаковым… — как-то невнятно начала рассказывать Марго, а Эдгардо незаметно для девушки решил воспользоваться своим даром, который так тщательно скрывал, правда, Рине не составило труда во всем быстро разобраться.
Но потом Эдгардо подумал: «А что если Марго тоже поймет о его особенности и обидится. Подумает, что все те чувства, которые я у нее буду вызывать к тому моменту, искусственные и навязанные насильно. Нет уж. Придется располагать ее к себе без своего дара. Так будет лучше для всех. Лучше просто помолчать и послушать свою сладкую девочку».
Котяра нахмурился после ее слово «знаковой», но настаивать на пояснении не стал.
