Так лежала до тех пор, пока от нехватки кислорода легкие не начало жечь, и я рывком вынырнула, отплевываясь от пены. Только была не готова увидеть то, что я здесь уже не одна.
— Что ты тут делаешь? — вспыхнула праведным гневом я.
Вот как тут расслабиться, если нет никакого спокойствия в собственном доме! Да какой там в доме, в ванной!
— А что тут такого? Считай, мы квиты. Ты же ведь видела меня голым. Так почему бы и мне не оценить наготу личного врача? — невозмутимо проговорил Эдгардо, подпирая широким плечом дверной косяк двери.
Я спустилась ниже под воду и спрятала все свои прелести за пышной шапкой пены, сложив для надежности руки на груди и недовольно сверкая глазами на бесцеремонного друга.
— И как, скажи мне на милость, ты пробрался в мой дом? Не думала, что твоя тушка способна запрыгнуть в открытое окно. Или мне уже вызвать ремонтников и предъявить тебе счет за их услуги, потому что у меня уже нет окна? — я вопросительно вскинула бровь.
— Фи-и, как грубо считать меня наглым и бесцеремонным котярой.
Я, между прочим, не такой, — деланно обиделся он и покачал головой, при этом не спуская заинтересованного взгляда с меня.
Вот же рыжий паразит!
— И все же? — с нажимом произнесла я.
— Я вошел через дверь, как и полагается лучшему другу и почти члену семьи, — гордо произнёс кот.
— Вот как? Я точно помню, что закрывала за собой дверь.
— Ну-у, у меня был ключ, — нисколько не смутился Эдгардо, а я вдруг поняла, что готова его придушить, если он и дальше продолжит ломать комедию, и из него придется тащить каждое слово клещами.
— Эдгардо, — предостерегающе протянула я.
Друг закатил глаза и прошел вперед, уселся на небольшой столик, который служил мне в качестве декоративного, взял мой телефон, чтобы не раздавить его своей накачанной пятой точкой, и начал крутить его в руках, просвещая меня.
— Если коротко, то я перемахнул через твой забор. А где ты прячешь запасной ключ — для меня не секрет. В вазоне на заднем дворе, — он деловито закинул ногу на ногу и покрутил практически перед моим лицом носком своих дизайнерских кед.
— Ну все, тебе конец! Ты сам не понимаешь, насколько близок к избиению. Мало того, что вломился ко мне домой, как к себе…
— Не вломился, а зашел, — поправил меня друг.
— Так ты еще и не разулся, наглый рыжий член семьи! Я сколько раз говорила тебе оставлять обувь при входе. Будешь мне мыть полы, — прошипела я."
"— О боже мой, детка. Да ты меня сейчас съешь! Я только так и не понял.
