Мы снова и снова… рассыпались и соединялись в танце, пока внимание не привлек шум.
Дракон, заявивший права на пару, спустивший свою агрессию и залюбивший меня до изнеможения, навострился в желании защитить, а я встрепенулась. Мы были не одни, и за нами кто-то следил. Это был точно не Пролецкий.
— Будь здесь, — прошептал Макс в мои искусанные им же губы.
— Еще чего! Я с тобой!
— Ты голая собралась со мной? — он вскинул бровь.
— Кто же виноват, что ты порвал на мне одежду? Давай уже скорее, а то упустим сообщника Пролецкого, — прошипела я, и дракона словно ветром сдуло с меня.
Кряхтя и стоная от его напористости, я с трудом встала и поспешила в шале. Все же играть в Джеймса Бонда лучше в одежде. Внимательно посмотрела на метущегося в бреду Пролецкого. Мне пришлось замотаться в плед, который нашелся на диванчике, а затем подошла к парню. Тот был без сознания. Я похлопала его по щекам, и он открыл глаза, резко отпрянув от меня.
— Вызови полицию. На нас напали.
Парень кивнул и, медленно перебирая ногами, пошел прочь.
Я начала искать хоть какой-нибудь телефон. Мой как раз нашелся на полу около дивана. Набрала Романа, но слова застряли в горле, когда я увидела Арни на пороге. За его плечом стоял взволнованный и непривычно бледный Эдгардо.
«Арни никому не скажет, где мы… Арнольд любил мать Макса… Марго — сообщница Пролецкого и помогла снова накачать Макса дрянью… Марго — пара Эдгардо… Скоро здесь будет мой сообщник и журналисты…», — такие мысли пронеслись в голове, я никак не могла поверить и принять факты.
Телефон выпал из моей дрожащей руки. «Но ведь Эдгардо мой друг?!» — одна моя часть отчаянно защищала друга, а другая кричала, что Марго его пара!
Я оступилась и упала на мягкий диван, и мое сердце забилось, как сумасшедшее. Мужчины встали, как вкопанные, осматривая гостиную и тело Пролецкого. И только крик, полный страха и волнения, Гели заставил их наконец перестать сомневаться.
— Риночка! Милая! Что этот гадкий дракон с тобой сделал?! Я его убью с особой жестокостью! Где эта сволочь! — она растолкала мужчин локтями, прорвалась ко мне, упала на диван рядом и начала судорожно меня ощупывать и осматривать, словно она тут врач, а не я.
— Там весь двор взрыт, посуда валяется. Вы дрались? Он тебя обидел? Что с твоими руками? Они в крови? Ну, всё! Ему конец! Арнольд! Как это понимать!? — строго крикнула Геля, встала и поставила руки в бока, вздернув подбородок.
— Эм-м-м. Думаю, что это все Пролецкий, — хрипло ответил мужчина.
