Особенно, в моем кабинете и без свидетелей!
Сжимаю кулаки.
Отхожу в сторону. К окну.
– Не возьму, Сабуров. Убери все со стола.
– Это долг Азура. Какая разница, кто его отдаст? Я или он?
– Есть. Есть разница, Сабуров. Ты ничего мне не должен в плане финансов. Здесь ты ничего у меня не брал. И спрашивать я буду с того, кто на самом деле должен!
– Давид. Конечно, у тебя нет времени следить за такими новостями, я понимаю. Но мы уже почти семья. Вчера состоялась помолвка. Моя. И дочери Азура.
Вспыхиваю от ярости.
Сабуров мне не должен. Он ничего. Ничего моего не брал! И не возьмет! Потому что Саида принадлежит мне! Каждым вздохом своим принадлежит! Уверен, что и каждой мыслью!
Так или иначе, она будет моей. Силой. Войной. Землетрясением! Любыми средствами!
Только силой я пока не хочу. Хочу, чтобы сама поняла. Осознала Признала. Позвонила мне, наконец, с этим проклятым, чертовым «да», которое на самом деле давно мне сказала!
Еще тогда. В парке! Первым же взглядом!
Бросаю быстрый взгляд на телефон.
Можно и не звонить. Это необязательно. Хватит и одного короткого сообщения. Пусть даже без текста. Обыкновенного. Пустого.
Палец, например, сам случайно нажал на мой номер.
Не поверю, что она не вертит с самого утра свой телефон в руках!
Усмехаюсь, когда представляю себе ее лицо. Когда она увидела цветы. Я завалил ими весь дом. И ее завалю. Цветами. Драгоценностями. Ласками…. Так завалю, что звезды будут сыпаться из глаз!
– Так что мы теперь, считай, семья, – бубнит что-то Сабуров на заднем плане.
– Одно целое. Неважно, кто вернет тебе долг. Он или я.
– Убери со стола, Шамиль, – рычу сквозь сжатые зубы.
– Послушай. Давид.
Начинает мельтешить. Расхаживать! Бесит! Сам не понимает, как сильно сейчас нарывается! У него явно слишком много лишних частей тела! Например, ноги. И рот, который можно вырезать. И мозги. На стенах они, пожалуй, будут смотреться лучше!
– Я знаю. Знаю, что в правилах Багировых расправляться и за меньшее. Страшно расправляться. И я признаю эти правила. В этом есть логика.
Предателей нужно уничтожать. Здесь согласен! Но. Прошу тебя! Сделай исключение! Азур служил тебе многие годы. Преданно служил. Верой и правдой. Он не предатель. И не вор. Он просто запутался. И… Если уж откровенно, то после того, что ты сделал с его дочерью…
– Молчи!
Еле сдерживаюсь, чтоб не ударить кулаком по столу.
О дочерях мне он говорить будет!
Это он! Он посмел прикоснуться к той, что ему не принадлежит! За одно это пальцы пора бы переломать.
