Как говорил Дэннис, зачем целиться в глаз, когда можно попасть по затылку – и глаза выскочат сами?
– Мне очень жаль, что я нанесла ущерб господину послу! Я не хотела! Эта статуэтка…
– Забудьте о ней. Это подарок лорда Пенвика, так что де Шарбон терпеть ее не может. Всегда ставит на самый краешек, надеясь, что кто-нибудь из слуг рано или поздно ее разобьет.
– Вот черт! – расстроилась я. – Так и знала, что обязательно что-нибудь натворю! Знаете что, давайте поскорее смоемся отсюда.
Я вовсе не хочу, чтобы моя туфля спровоцировала международный скандал!
Мистер Уайтвуд от души рассмеялся:
– С вами не соскучишься! Позвольте, я помогу.
Он с почтением опустился передо мной на колено, хотя его глаза все еще смеялись. Я оперлась на его плечо, и в этот момент за спиной прозвучал медовый голос:
– Следует ли понимать, мисс Фишер, что вам сделали предложение?
Я в панике оглянулась. В дверях стояли двое: мой так называемый опекун и леди Эмберли.
Лорд Фонтерой молча смотрел на меня с непередаваемым выражением иронии, веселья и грусти. Леди Кларисса сладко улыбалась, но в ее глазах сверкало злорадное торжество.
Глава 10"
"– Он вовсе не собирался делать мне предложение! Просто помог надеть туфли!
Агата смеялась, отмахиваясь от меня. Я обиженно надулась. Мы вдвоем сидели в спальне, где подруга-горничная помогала мне освободиться из блестящей светской сбруи. В одиночку я бы с этим точно не справилась! На столике по-уютному теплилась свеча, розовые юбки пышным облаком оседали на стуле.
Я была очень благодарна Агате за то, что она меня дождалась.
С приема мы вернулись далеко за полночь. Всю обратную дорогу я пыталась объяснить Фонтерою, как получилось, что он застал нас с мистером Уайтвудом в таком неловком положении, но его светлость весь путь до дома молчал как убитый, только поздравил меня с «ошеломительным успехом», а затем, проводив в особняк на Гросвен-сквер, немедленно удалился.
Нед этой ночью тоже отсутствовал. Зато Агата засыпала меня вопросами:
– Ну что? Как все прошло?
– Ужасно! То есть прекрасно, – поправилась я, вспомнив волшебную музыку вальса и теплые золотые глаза Кеннета. Все-таки были на этом проклятом рауте и приятные моменты!
– В общем, было хорошо, пока я опять все не испортила! Кажется, это уже становится традицией.
