– Джентльмены ничего не понимают в дамских туалетах, даже если оплачивают их. Юной девушке не к лицу яркие цвета. Она должна носить белый, розовый и голубой.
Модистка подмигнула, и я неуверенно улыбнулась в ответ. Внутри забрезжила слабая надежда, что мы с мисс Нидли отлично поладим.
* * *Примерка и обсуждение туалетов заняли больше двух часов. Два часа! Да за это время при должной сноровке можно вынести половину тряпичной лавки!
Мне действительно пришлось заказать массу вещей. Много, очень много всего! Платье для завтраков, для обедов, для прогулок и для танцев, два пеньюара… Если верить мисс Нидли, знатные леди в течение дня только и делали что переодевались.
Она была явно шокирована тем, что я не знала таких элементарных подробностей. Чтобы не вызвать подозрений, пришлось во всем с ней соглашаться, но теперь было неловко, что я ввела Фонтероя в такие расходы. Надеюсь, наша затея его не разорит?
Наверное, следовало его поблагодарить. Если, конечно, удастся его найти. В этом огромном особняке было так же легко заблудиться, как в лесу.
Я никогда точно не знала, где находятся остальные жильцы, и есть ли кто-нибудь дома вообще.
Граф отыскался в библиотеке. Вместо ответа на мое косноязычное «спасибо» он только рассеянно кивнул и попросил:
– Будьте любезны, Энни, сходите к Амброзиусу. Он хотел что-то вам рассказать.
– Хорошо, – ответила я. Но Фонтерой, уткнувшись в книгу, уже потерял ко мне интерес.
* * *Мистер Амброзиус занимал на втором этаже самую дальнюю комнату, недалеко от черной лестницы.
Агата и миссис Бонс, поднимаясь, старались миновать этот пролет как можно быстрее, осеняя себя крестным знаком."
"– Против самого мистера Амброзиуса я ничего не скажу, – жаловалась повариха, когда мы с Агатой навещали ее на кухне. – Приятный господин и настоящий жентмун, что и говорить! Но его чародейство у меня уже вот где сидит! – маленькой ладошкой, измазанной в муке, она резко проводила по шее. – Ночами заснуть не могу, все молоко извела, чтобы этих… с Той Стороны отвадить! Так и лезут на кухню, балбесы! То приправы мне все перепутают, то тесто сглазят!
Наша повариха родом была из Кэмбри и, как многие северяне, относилась с большим почтением к волшебным созданиям.
Смуглая, пышная и невысокая, она ловко кружилась по кухне и сама была похожа на румяную плюшку только что из печки.
– Нет, эти яблоки мне нужны для теста, – сказала она, перехватив у меня миску, в которую я собиралась пересыпать мелко нарезанные дольки. В другой тарелке Агата перебирала изюм.
