Резкий ветер бросил в стекло пригоршню крупных дождевых капель, отвлекая мое внимание от абонента, которого я сейчас больше всего хотела бы увидеть… И не хотела видеть вообще.
Я не сомневалась, что Влад вернется. Он никогда мне не лгал, да и не стал бы. Я не сомневалась даже в его возвращении… Прошло всего чуть больше недели с момента его внезапного отъезда, как и было обещано.
Да только ехать к нему я не собиралась, не смотря на очередное письменное приглашение. Щедрый порыв не отказаться от меня, был в какой-то степени оценен по достоинству.
Но если он собирался играть в благородство и делать вид, что ничего не произошло, меня такой расклад не устраивал.
Мы оба не сможем жить и продолжать всё, как ни в чем не бывало, и наши отношения вскоре медленно, но верно сойдут на нет. Так лучше сейчас оборвать все концы, чем продолжать мучить себя и его.
Это же Цепеш. Знаю, он никогда не напомнит, не упрекнет, удержится от подколок и напоминаний.
И все же… Я так не смогу. Мук совести мне и так хватит на всю оставшуюся жизнь. И, как бы ни было тяжело, лучше отпустить сейчас, дать ему шанс жить нормальной жизнью, с обычной девушкой, а не мучиться ночами с психически неуравновешенной особой.
Мне же останется только пережить очередную дыру в сердце, которую уже не заполнит никто и никогда.
Всего-то, подумаешь…
Голодающий желудок привычно свело, напоминая о том, что если снова не поем, дальше будет только хуже.
Есть не хотелось совершенно, но корчиться на кровати от боли, проснувшись посреди ночи — тоже. Так и не подкурив очередную сигарету, я слезла с подоконника, на став закрывать окно, приоткрытое на проветривание. Шум дождя успокаивал лучше всякой музыки, а залить комнату в таком положении створки не должно.
Натянув на босые, мерзнущие ноги найденные под кроватью кеды, я вышла в коридор, не став зажигать свет — его от настольной лампы в комнате было более чем достаточно, чтобы найти лестницу.
Пальцы привычно перебирали гладкую поверхность перил, почти добравшись до самого низа, как до моих ушей вдруг донеслись громкие мужские голоса. И один из них оказался знакомым, хоть и давно забытым.
Папа?
Что он здесь делает?
Первым желанием стало развернуться и уйти обратно в комнату. Вторым пойти и проверить, действительно ли там мой отец, или это очередной глюк моего воспаленного сознания.
