Самое страшное они перешагнули — и ничего не случилось.
Никто ничего не подозревает. Они вместе — и не расстанутся никогда. И это самое главное, что может быть. А остальное надо просто выбросить из головы. Как только все закончится, она спрячет это в самый дальний уголок памяти. Задвинет ящик, повернет в замке ключ и никогда больше об этом не вспомнит."
"Они начнут жизнь с чистого листа. Другую жизнь — красивую, обеспеченную. В которой не нужно будет метаться между новым набором косметики и выплатой кредита, потраченного на отпуск.
Жизнь, в которой слово «кредит» вообще забудется, как кошмарный сон…
— Да, — повторила Агния. Откинула с лица растрепавшиеся волосы. Выпрямилась. — Да, конечно! Я не раскисаю. Я сегодня пыталась аккуратно разузнать… Ну, что там и как.
— И? — быстро, напряженно спросил он.
— Ну… Продюсерам прямо сейчас не до подведения итогов, сам понимаешь. Но в ближайшее время должны. Я краем уха слышала, что сайт телеканала уже два раза падал — столько вопросов сыплется. Кто же теперь победит, все такое… В общем, продюсерам очень скоро придется что-то решать.
А технически победа в шоу — твоя, это точно. Раз Ильичева больше нет, то судить будут по рейтингам. А в рейтинге — сам знаешь, кто с самого начала на первой строчке.
— Ну вот! — Агния этого не видела, но знала, что он улыбнулся. Она и сама улыбалась, это была заслуженная победа. — Все идет так, как мы планировали. Не переживай, пожалуйста. И еще. — Он помолчал. — Постарайся сейчас не расстроиться, ладно?
— Господи… — Агния снова похолодела.
— Что?
— С меня взяли подписку о невыезде.
— То есть? — не поняла она.
— Ну, предполагается ведь, что сегодня вечером я улечу домой, в Красноярск, — принялся объяснять он. — И вот там мне велели сидеть как пристегнутому, по тому адресу, который дал. Я ведь не стал им рассказывать о нас! Не хватало еще тебя к этому приплетать.
— Да, но… — залепетала Агния. — Это… Это что же? Ты сегодня улетишь?
— Ты обещала не расстраиваться, — напомнил он.
— Я ничего не обещала.
— Агния все-таки не удержалась. Всхлипнула.
— Милая! — встрепенулся он. — Ты что, плачешь? Не надо! Перестань! Господи, да никуда я не улечу! — От этих слов она почему-то разревелась еще хуже, аж скучающий за стойкой бармен встрепенулся. — Не плачь, — уговаривал он, — перестань, пожалуйста! Как я могу тебя бросить в такой ситуации? Просто подумал — может, ты не хочешь, чтобы мы… — Он запнулся. — Чтобы мы и дальше… — Сбивчиво продолжил: — Ну, я все-таки не москвич.
