После шоу начнется сериал, а потом пора будет ложиться спать. Все вместе это называлось «приехать навестить маму». На то, чтобы искать в этом действе логику, Вероника давно забила.
Раз в месяц-два она приезжала в Энск на вечерней электричке, смотрела с мамой шоу и сериал, пила чай, а утром после завтрака уезжала обратно в Москву. Это было гораздо менее нервозатратно, чем искать повод, чтобы не приехать, или пытаться выспросить, для чего вообще приезжать, если в общей сложности на разговор с ней мама тратит от силы час — куда меньше, чем они разговаривают по телефону.
Мама смотрела шоу, время от времени комментируя происходящее на экране. Вероника, заткнувшая одно ухо наушником и держащая в руках смартфон, рассеянно угукала.
Мама вдруг ахнула и схватилась за сердце. Вероника подняла на нее вопросительный взгляд.
— Матвея Гладкова выгнали! — посетовала мама. — Кошмар, такой талантливый юноша! Я так за него болела.
Вероника сочувственно поцокала языком.
Посмотрела на экран: там заливался крокодиловыми слезами «талантливый юноша» в возрасте хорошо за тридцать. А параллельно показывали ролик — нарезку из его участия в шоу.
Вот юноша, гордый и раскрасневшийся, над блюдом с чем-то. Вот он же, унылый и расстроенный, над другим блюдом. Обнимается с участниками. Ругается с участниками, с кем-то даже полез в драку. Наклоняет голову, получая какую-то медаль.
И во всех кадрах неизменно присутствует один и тот же крупный рыжебородый дядька в белом колпаке и фартуке — Шеф.
Самый Главный Повар Проекта, его истинный король. Вершитель судеб, разящая и благословляющая рука. Вероника смотрела на этого дядьку не первый год. Терпеть его не могла. Не раз пыталась представить на месте участников шоу себя — и понимала, что задержаться на тамошней кухне ей не помогли бы никакие кулинарные таланты.
Казалось, что основное удовольствие Шефу доставляет изощренное издевательство над участниками. Рассказ о том, какие они безмозглые и безрукие ничтожества, у которых никогда ничего не получится.
Снисходительный совет: «Я бы мог предложить добавить щепотку молотого кориандра из коры базальтового дерева, собранного ручными мартышками в полнолуние на северном склоне Килиманджаро, это придало бы блюду пикантность, но…» — и многозначительное молчание. Дескать, мог бы предложить, но зачем? Не вижу смысла тратить свои драгоценные знания на имбецилов.
