Сейчас как нырнет в Сеть! Как начнет с бешеной скоростью перебирать вкладки — интервью Ильичева, его соцстраницы, слухи, сплетни, домыслы — и за то время, что Вероника вскипятит чайник, поставит звезде диагноз. Причину смерти определит быстрее, чем любые эксперты…"
"Агния, как и обещала, отвела их к служебному лифту. Сказала, что нужно спуститься на первый этаж, а дальше уж они не заблудятся — выход там единственный, ведущий на служебную парковку. После чего распрощалась и убежала.
Вероника с Вованом спустились вниз и нужную дверь действительно отыскали без труда.
Вышли на улицу, в душный августовский вечер.
— …не знаю, малыш, — прозвучало вдруг возле самого уха Вероники.
Рядом со служебным входом, под табличкой с перечеркнутой сигаретой стоял полный, невысокий мужчина. Он был одет в джинсы и насквозь пропотевшую футболку с изображенным на груди штурмовиком из «Звездных войн». Мужчина отчаянно жестикулировал зажатой между пальцами сигаретой (Вероника почему-то подумала, что уже не первой) и нервно стряхивал пепел в высокую хромированную урну.
Без поварского колпака и белого халата Вероника не сразу узнала Живчика.
— …в общем, ничего пока не знаю, — закончил фразу он. На вышедших из дверей Веронику и Вована глянул мельком и тут же отвернулся, перестал обращать на них внимание. — Не ожидал, конечно. Не ожидал…
Вован, оказавшись на улице, достал из кармана айкос. От табака он уже пару лет как отказался.
Вероника вздохнула: придется ждать. Сюда они приехали на машине Вована, и она рассчитывала, что он подбросит ее до метро.
А на ходу Вован не курил. Уверял, что это вредно для здоровья, но Вероника считала, что причина в другом: Вован попросту не умеет делать два дела одновременно. Пришлось топтаться рядом. А заодно волей-неволей слушать разговор Живчика.
— Что-что, говоришь? — переспросил тот. — А-а, ну это да-а! Федор — та еще тварь, конечно. Хлебом не корми, дай над людьми поиздеваться. Ему, понятное дело, рейтинг, а мне — каково? Ну да ладно.
— Живчик вдруг злорадно рассмеялся. — Еще попляшет у меня этот ублюдок! Ох, попляшет. Думает, небось, что я такой же червяк, как Олежек или эта корова сисястая! А вот хрен там…
«Олежек — это, наверное, Олег Корсаков», — вспомнила Вероника имя Красавчика. А «корова сисястая» — Леопардиха. Как он ласково о коллегах, надо же! А на общих фотографиях да на камеру — лыбится, небось… Фу, какой мерзкий. Понятно, конечно, что конкуренция, но все равно.
