Да, похоже на округлый баклажан, только если нажать, оно твердое, как картошка. – Сладкое?
— Совсем немного, ридганда, - решив не обдумывать мой статус, заявил хозяин странных овощей. Или фруктов…
— За пять монет возьмем два мешка, - твердо заявил Лафат.
— Бери. Домой уже пора, темнеет рано, - мужичок торопливо связывал мешки между собой, чтобы Лафат мог перекинуть их через лошадь.
Мясо было нам недоступно. Я было хотела поругать Лафата за два мешка непонятно чего, но количество радовало. И если нам не понравится, то можно будет гарантировать, что мужик у нас будет сытым, а ему придется брать на себя всю самую сложную работу: дрова, починка дома.
"
"Немного разных круп, глиняная кружка топленого масла, на котором я настояла, шесть деревянных ложек и кружек. Миски в доме были. Двух наших котлов и трех, что мы нашли под печью,нам точно хватит на первое время. На последние деньги мы купили два больших каравая хлеба.
Дома нас ждала теплая печь, на которой грелись пара котелков с водой, и девушки, домывающие полы.
Деревянные тазы, что отыскались в сарае, пока выполняли роль ведер для мытья. Нож, который я своровала еще в первые дни моего появления в этом мире, тоже служил нам верой и правдой: Крита отскоблила им стол, лавку, а теперь старательно скоблила доски на полу.
— Мы купили еду, но этого нам хватит ненадолго, - раздевшись, начала рассказывать я, и в этот момент в дом ввалился Лафат. Два мешка с овощами он с трудом нес, перекинув их через плечо.
— Что там? – с любопытством спросила Дашала.
— Сегодня я приготовлю вам вкусную еду, - заверил нас Лафат и, довольный, начал раздеваться. Я не могла не улыбнуться в ответ ему. И девочкам, которые сегодня не присели ни на минуту, стараясь быстрее закончить уборку.
Водоросли, дающие свет, спасали нас еще от одной траты – масло и свечи были очень дорогими!
Глава 24
Глава 24
Каша с маслом, разложенная по деревянным мискам, которые хорошенько отмыла Крита, пришлась по душе всем.
Это был совсем другой вкус, нежели у заветренных, сухих снаружи шариков. Никто не отказался от добавки, и решили, что теперь крупы будем варить только так!
Лафат уговорил меня не продавать лошадь до «большого рынка», мол, хоть в одну сторону мы приедем сами. Мне и в прошлой жизни было не по себе, когда в кошельке оставалось денег на пару дней, а сейчас я о другом и думать не могла.
За ночь лег снег и, похоже, таять больше не собирался.
