Мартин, как и все, работал на износ — ночами прикрывал войска, днем метался Зеркалами по фронту, тренировал отряды, наполовину состоящие из недоучившихся студентов и студенток магических академий, помогал в уничтожении нежити и участвовал в боях, а в свободные минуты — заряжал накопители для своих ребят. И иногда даже успевал поспать несколько часов в обнимку с Викторией. Когда она была на месте, конечно, а не выполняла свои боевые задачи, как сегодня.
Вики вызвали вчера вечером. Пришло срочное донесение: колонна грузовиков с ранеными, которых по согласованию с Рудлогом вывозили за границу, попала в окружение; два отряда сопровождения ведут отчаянный бой, единственный маг погиб от истощения, но выставил над прижавшимися друг к другу грузовиками щит, который неизвестно сколько продержится.
Только трое стихийников из всей блакорийской армии могли открыть к ним Зеркало, но без Мартина и Гуго Въертолакхнета назначенная на ночь операция в Льенпордте была невыполнима.
Поэтому на помощь колонне отправилась Виктория, проведя сквозь Зеркало еще пятерку магов.
А Мартин после ухода жены то и дело проверял ее сигнальную нить. Он знал, что Вики сильна и опытна, что резерв ее вырос, что она хладнокровно и сосредоточенно ведет бой и очень осторожна. Она переработала под себя Сашино плетение для амулета, ""включающего"" доспех, и теперь была втройне защищена — на ней вдобавок к броне всегда стояли и собственные щиты, и щиты Мартина. И все равно каждый раз, когда она уходила на выполнение боевых задач, ему требовалось немало усилий, чтобы не броситься прикрывать ее.
С ней творилось то же самое, когда вызывали его.
— Когда все это закончится, я запру тебя дома и сама год не буду никуда выходить, — сказала как-то Виктория, лежа с ним под сводами палатки, сотрясающейся от ледяного весеннего ливня. Барон только что вернулся с зачистки нежити, Вики помогала в лазарете. — Пока не привыкну, что ты никуда больше не уйдешь.
Она не стала добавлять ""и можешь не вернуться"".
Мартин и так это услышал.
— Да, мой прекрасный домашний тиран, — согласился он серьезно и, преданно погладив ее по бедру, уткнулся носом в шею, зафырчал там глухо. — Предлагаю захватить поместье Макса, — бормотал он ей на ухо, заставляя улыбаться. — У него там все условия. Экология. Охрана опять-таки дубовая. Вот вернется героем, и выгоним его в люди, пора, он семнадцать лет там сидел. А сами займемся выращиванием детей. Пока штук пять не получится, не выйдем.