От него плескало водой, он несколько раз нырнул — а затем направился к берегу, туда, где воды было по ребра, и начал стирать одежду.
На спине его меж крыльев и около плеча осталась засохшая кровь.
Алина постояла на месте, глядя на его руки и спину, неуверенно покосилась туда, где лежал Чет, и тихонько двинулась к инляндцу, рассекая воду. И чем ближе она подходила, тем замедленней становились движения Тротта. Наконец он замер, чуть повернув голову в ее сторону.
— У вас осталась кровь, — сказала она отважно.
— Я помогу. Вот, вот здесь…
Она мягко, долго смывала ему кровь со спины, твердой, напряженной, с удовольствием касалась кожи, ощущая под пальцами налитые мышцы. Набирала в горсть воду и поливала плечи, гладила их, и его подрагивающие крылья задевали ей грудь.
Сам Тротт не шевелился. Стоял, опустив голову.
— Так много крови? — поинтересовался он сипло.
— Нет, — ответила она грустно этому непрошибаемому человеку. — Там было совсем немного. Я давно ее смыла.
— И кто-то еще говорил о моем упрямстве, — напомнил он с усмешкой.
Повернулся — Алина с вызовом смотрела на него, — опустил взгляд на ее грудь, едва скрытую водой, и тут же отвел глаза. И снова посмотрел на нее, только когда она прикрылась крыльями.
— Вы тоже не до конца смыли, — он протянул руку и легко, почти неощутимо скользнул указательным пальцем по ее шее от уха вниз. Алина зажмурилась. Задрожала, и у нее вдруг пересохли губы.
— Все, лорд Макс?
— Все, — ответил он и, не отнимая руку, повел ладонью ниже по ее плечу, к локтю, под воду.
У принцессы перехватило дыхание от нежности этого прикосновения и она зажмурилась сильнее. — Все, — и Тротт погладил мокрыми пальцами ее сухие губы.
— Вам ведь нравится? — спросила она шепотом, не смея открыть глаза.
— Очень, — сказал он едва слышно ей на ухо. Опалил горячим выдохом ее висок — и отошел, направляясь к берегу.
Алина, глядя ему вслед, улыбнулась недоверчиво, задумчиво. Потрогала свои губы. Мягкие.
Ему тоже кажутся мягкими? Именно это ему нравится?
Щеки ее пылали, дыхание было сбивчивым.
Никогда в жизни она подобного не испытывала — когда от одного прикосновения словно воспаряешь в небо, когда хочется касаться еще и еще. Не только касаться — видеть, прижиматься, быть рядом постоянно.
— И целовать, — прошептала она тихо-тихо, так, что даже сама не услышала, но все равно с опаской покосилась на дракона.
Четери уже с удовольствием пробовал мясо, громко рассказывая костру, как оно удалось.
