— И я, — подтвердил Люк, сунув ладонь за спину и незаметно сжимая и разжимая ее — проклятый медведь, похоже, перемолол ему все кости.
Поздоровался и эмиратский адмирал — его звали Эсий Убарак; голос его был мягким, текучим, а вот взгляд — острым, и смуглое лицо — резким, не предполагающим мягкости. Протянула руку и майор Лариди — ее он пожал с приязнью, памятуя о роли серенитки в спасении брата.
Берман смотрел на майора Церсию с нескрываемым недоумением.
— Вы способны идти? — поинтересовался Майлз.
— Не знаю, — пробормотал Люк, еще раз обойдя вокруг дерева как коза на веревочке.
Стало легче. — Давайте попробуем.
И он, оттолкнувшись от березки, почти прямо побрел к воротам. Под правую руку быстро пристроился Леймин, под левую — Майлз, чтобы подхватить его светлость, если он вдруг рухнет. Офицеры направились за ними.
— Я не уверен, что хочу знать подробности вашего воскрешения… — проговорил Майлз вполголоса.
— Вам и не стоит их знать, — пробурчал его светлость.
— …но я прекрасно разглядел то, что осталось от вашего листолета на берегу, и видел результаты экспертизы, — закончил Майлз так, будто его никто и не прерывал.
— И хочу сказать, что вы вопиюще нарушили все нормы безопасности, ваша светлость. Лететь на листолете с отключенными щитами в зоне боевых действий — это даже не безумие, это глупость.
— Я хотел сказать то же самое, — поддержал Леймин. — Но позже.
— Все верно, господа, все верно, — пробормотал Люк, упорно двигаясь к воротам. — Но у меня просьба отложить разбор полетов на потом.
Сами видите, что мне нужно еще несколько дней прийти в себя, и я бы уже вернулся в Вейн, но должен понимать, есть ли у нас эти несколько дней. И, — он кашлянул, — Майлз, если вы прикажете добыть мне одежду, кофе и сигарету, обещаю быть паинькой до конца войны и больше не умирать.
Майлз покосился на него, как на умалишенного.
— Может, вам еще коньяка добыть? — спросил он с иронией.
— Было бы неплохо, — усмехнулся Люк, — но тогда я точно где выпью, там и упаду.
Остановимся на двух пороках из трех. Хорошего помаленьку.
Кофе оказался именно тем, чего не хватало голове, чтобы наконец-то начать работать. А вот от сигареты Люк, переодевшись в военную форму, осилил две затяжки — но с наслаждением, — закашлялся, почувствовал, как слабость ударяет в виски, и отложил. Ужасно соскучился по табаку, но не стоило увлекаться.
Майлз собрал совещание с офицерами и теперь знакомил лорда Лукаса с текущей обстановкой.
