— Хорошо, — вздохнула она, поморгав: веки смыкались. — О чем я говорила, а? Вспомнила. Подполковник. Выходит, в Ренсинфорсе не хватает патрульных, полицейских… и виталистов, я уже не первый раз об этом слышу, — она посмотрела на Садьяла. — Но в Бермонте же сильнейшая в мире школа витализма, это все знают.
— А что с того? — пробурчал маг, последнием движением пальцев заставляя багровый шрам побледнеть. — Почти все сейчас призваны в армию. В больницах остался минимум, они работают на износ. В столице еще полегче… — он замолчал, наткнувшись на выразительный взгляд начальника.
— Подполковник, я это тоже вижу, — укоризненно заметила Полина, и Свенсен хмуро склонил голову. — Вы что, тоже решили оберегать меня от неженской информации? Считаете меня слишком нежной?
— Никак нет, ваше величество. Для слишком нежной вы чересчур хорошо владеете оружием. Просто не хочу, чтобы вас утомляли.
— Меня утомляет отсутствие важных дел. И необходимость добывать информацию, — проворчала Полли, кивком поблагодарив виталиста и вновь зевая.
— Садьял, пожалуйста, попросите горничную зайти. Раз уж я решила быть примерной пациенткой, нужно, чтобы я хотя бы заснула в своих покоях, а не здесь.
Увы, планам было не суждено сбыться — ибо, уже одевшись и присев на койку, чтобы надеть сапоги, она потерла глаза и начала медленно крениться вперед, и последней мыслью ее было, что, пожалуй, не стоит рассказывать о встрече со стрекозой сестрам.
Сметливая служанка успела подхватить ее, чтобы королева не заработала к огнестрельному ранению еще и шишку на лбу, и помогла лечь.
Там ее величество и проспала до следующего полудня, вынужденно проигнорировав и навещавшую ее леди Редьялу, которой Свенсен уже передал краткую версию событий, и командира личной гвардии Осинского, проверявшего на момент происшествия посты, и недоверчиво, удивленно перешептывающихся фрейлин, и врача с виталистом, которые проверяли ее состояние.
Точнее, проспала она до начала седьмого вечера, а далее превратилась в медведицу, раздавила койку, рухнув с ней на пол, и недовольно перекатилась в сторону, уронив на себя ширму.
Когда, привлеченные шумом, в палату заглянули охранники, ее величество сопела под сложившейся ширмой и чувствовала себя, видимо, уютно, как в берлоге.
ГЛАВА 8
Король Демьян позвонил вечером. Сначала матери — и, внимательно выслушав ее, обычно сдержанную, уточнил, в порядке ли сейчас Полина, а затем проговорил еще минут десять, как и положено почтительному сыну.
