Долго они играли в эту игру, выводя мелодию то вместе, то по очереди, — ученик Вей и странные изменчивые птички. Глаза наследника были закрыты, он раскачивался, когда играл, и улыбался, когда отнимал флейту от губ, слушая тех, кого призвал, — пугливых, осторожных. Он был как заклинатель змей, как рыбак, раскинувший сети и мягко подтягивающий их к себе. И родственная стихия укутывала его, послушная и верная, и не было ему никогда спокойнее, чем сейчас.
Наконец он закончил — замолчали через некоторое время и пташки.
— Понравился ли вам мой дар? — спросил он тихо, протянув руку: один из духов сел к нему на ладонь.
Равновесники, молодые, недавно только осознавшие себя, зачирикали, расплываясь туманными облачками, теряя облик.
— Раз понравился, прошу я одного из вас послужить мне, — продолжил он. — Вот женщина по имени Светлана, которую должен я охранять, но я не могу сейчас это делать, а она сама слаба и беззащитна. Пусть один из вас станет ее охранником на год: вот идол, который будет тому, кто согласится, домом.
Женщина будет кормить охранника медом и маслом. Кто пойдет?
Дух, сидевший на ладони у Вея, метнулся к Свете — она даже ойкнуть не успела, как глаза статуэтки засияли фиолетовым. Остальные растворились в воздухе.
— Благодарю тебя, — сказал Вей Ши церемонно. — Нарекаю тебя Пухом. Если будет она в опасности, разрешаю тебе вселиться в нее и дать ей силу и скорость. Но разум ее своим не заслоняй. Она должна понимать, что делает.
— Но я не разрешаю, — с ужасом возмутилась Света.
— А если это навредит?
— Не навредит, — коротко ответил наследник. — Не бойся. Корми его хорошо. Поставь рядом с кроватью, хотя он на помощь тебе придет где угодно.
— Вообще-то о таком нужно спрашивать, — сердито сказала Светлана и опасливо покосилась на статуэтку в ладони. — Как ты вообще жил среди людей, Вей Ши?
Он отвернулся и пошел к воротам.
— Да постой ты, — крикнула она, всплеснув руками. — Четери хоть флягу с собой взял. Подожди. Я сейчас тебе принесу.
За городом Вей Ши отпил из фляги, снова крепко прикрутил ее к поясу и, обернувшись в тигра, помчался вдоль реки в сторону Йеллоувиня. Все долги в Тафии он раздал, и теперь впереди лежал долгий путь. Нельзя было терять ни минуты — ведь кто знает, возможно, именно этой минуты не хватит там, куда он так спешит?
ГЛАВА 7
Семнадцатое апреля, Бермонт, Ренсинфорс, Полина
Под погодным куполом замка Бермонт все было готово к пробуждению королевы.
