Я не стала любоваться на эту картину и бросилась вон – не через потайной ход, а прямо в двери, по коридору, полуголая, не думая, что меня могут увидеть слуги или стражники.
Страх и отчаяние гнали меня вперёд и вперёд. Я взбежала по лестнице, промчалась по коридору, ворвалась в свои покои, захлопнула дверь и задвинула все засовы, и только потом расплакалась навзрыд – впервые за много-много лет. Плакала и не могла остановиться, и сама не понимала – почему плакала. То ли потому, что избежала опасности, то ли потому, что настоящая опасность сейчас только начиналась, то ли потому, что король Рихард не помчался за мной в погоню.
До утра я ждала, что за мной явится если не сам дракон, то его люди. Но никто не пришёл, во дворце было тихо, и я не знала – хорошо это или плохо. Наверное, всё-таки, хорошо.
Если дракону всё известно, но он до сих пор ничего не предпринял по моему разоблачению, возможно, есть надежда договориться. Я могу объяснить, почему присвоила себе личность брата, расскажу о болезни отца…
Медный колокольчик звякнул три раза, и это было странно – слуги никогда не приходили так рано, ведь едва только начало светать.
Неужели… это за мной?.. От короля Рихарда…
Не лучше ли сразу выпрыгнуть в окно, чтобы не мучиться?..
Я с усилием отогнала от себя подобные мысли, вспомнила, что не одета, и торопливо накинула рубашку, даже не позаботившись надеть кожаный корсаж. Один корсаж валялся в комнате короля, а чтобы найти другой мне пришлось бы рыться в сундуках… И Хильдики не было, чтобы помочь…
Затянув вязки рубашки у ворота, я надела куртку и застегнула три нижние пуговицы, чтобы куртка не слишком плотно меня облегала, и в то же время не позволяла увидеть кое-что под рубашкой, что принцу совсем не полагалось иметь.
Глубоко вздохнув и выдохнув, я открыла все засовы на двери, вышла в коридор. Прошла до второй двери, поколебалась несколько мгновений, и открыла её тоже.
За порогом стоял Капанито, и мне стало досадно и смешно.
– Что случилось? – спросила я недовольно.
– Зачем пришёл?
– Принёс письмо, ваше высочество, – Капанито протянул мне конверт из толстой бумаги, запечатанный странной печатью – на оттиске сургуча было два скрещенных копья. Ни у кого из знакомых мне лордов не было подобного герба.
– От кого письмо? И кому? – спросила я, вертя конверт в руках.
На нём не был указан ни тот, кто отправил послание, ни тот, кому оно предназначалась. Только в верхнем правом углу было выписано сегодняшнее число.
