Это означало, что слуги ждали у порога. Хильдика ещё не вернулась, и мне пришлось идти открывать.
– Ваше высочество, вас ждут к столу, – напомнил мне слуга, почтительно кланяясь.
– Который час? – спросила я машинально, думая о своём.
– Уже семь, ваше высочество.
Семь? А куда же девалась Хильдерика? Обещала вернуться, хотела переодеться… Что-то произошло в кухне? Значит, появится в своём платье-разлетайке. На радость похотливым драконам.
– Где моя жена? – спросила я, уже направляясь в трапезный зал.
– Не имею чести знать, милорд, – получила я в ответ.
– Прикажете выяснить?
– Не надо, – мотнула я головой.
Наверное, Хильдика уже ждёт за столом. Если бы произошло что-то важное, она бы сообщила. Наверное… Противный холодок задрожал в груди. Никому нельзя верить… Никому нельзя…
За столом Хильдики не оказалось. Я застыла на пороге. Король Рихард во главе. Отец, самозванка цветёт улыбкой, придворные чинно уставились в пустые тарелки, снуют с блюдами слуги… А кресло Хильдики и место герцога Тюнвиля – пустые.
Только этого не хватало.
– Вы опять там застыли, принц? – послышался голос короля Рихарда. – На страже, что ли? Не волнуйтесь, не надо нас охранять. Проходите, проходите.
Я прошла вдоль стола, стараясь не обращать внимания на взгляды придворных – недоумённые, испуганные. Чего они боятся? Что принц тронулся умом? Или дракон тут что-то наплёл, пока меня не было?
– Где ваша жена? – поинтересовался Рихард, когда я уселась и подтянула кресло к столу. – Вы же всегда ходили вместе, как две райские пташки.
Куда улетела ваша пташка?
«А куда улетел ваш брат-змеёныш?», – чуть не спросила я, но сдержалась, скрипнув зубами. Незачем заострять на этом внимание. Иначе принца Альбиокко завтра назовут не райской пташкой, а благородным оленем.
– Вы хотели видеть мою жену? – спросила я дракона. – Она необходима вам для благоприятного пищеварения?
Рихард захохотал, показывая, что шутка ему необыкновенно понравилась. Самозванка тоже улыбнулась, кивнув мне. Я отвернулась, чтобы не видеть её.
Иначе просто кровь закипала от злости.
И в это время появилась Хильдика. В другом платье – алом, подпоясанном золотым пояском. Значит, всё-таки переоделась. Послушалась.
Она быстрым шагом прошла по залу, скромно опустив голову, села рядом со мной и сложила руки для молитвы. Пока самозванка читала благодарственную молитву о хлебе, я шепнула Хильдике:
– Ты где была?
– Переодевалась, – ответила она мне одними губами.
– В кухне? – не удержалась я.
