Пленники неуклюже поднялись, толкаясь и наступая на верёвку, а потом затрусили вереницей по направлению к Солерно.
Что касается Тюнвиля, он преодолел расстояние от озера до города за четверть часа. Утренняя дорога была пустынной, и, хотя дракон зорко вглядывался в каждый поворот – принца Альбиокко не обнаружил. Наверное, трус опять отсиживался в кустах.
Когда впереди показались башни дворца Солерно, Тюнвиль поубавил прыти.
Где окна покоев принца и принцессы он, примерно, знал. Но как добраться до них в человеческом обличии? По стене, среди белого дня – не получится, а если опуститься драконом на крышу, то можно и крышу сломать.
А подняться по лестнице, как все обычные люди, и скрестись ноготочком в дверь, умоляя открыть – нет, это точно не подходит."
"Не придумав ничего лучше, Тюнвиль сделал круг над башней и принял человеческий облик, рухнув на черепичную крышу.
Бешеный прыжок и безумный поступок – но Тюнвиль не хотел терять время. Кто знает, когда принц доберётся до своей жены, и что устроит при встрече.
Едва не свалившись по скату, Тюнвиль успел ухватиться за флюгер, а потом спустился на карниз, заглядывая во все окна, которые не были закрыты ставнями.
Комнаты были пустыми, в одной он увидел неразобранную постель с атласным вышитым одеялом и забытым на подушке молитвословом, зато в другой – смежной – обнаружил ту, которую искал. Принцесса Хильдерика спала в кресле, одетая и с пяльцами на коленях. Клубочек алого шёлка скатился на пол, затаившись у девичьей туфельки, видневшейся из-под длинной юбки, и там же лежали ножницы для рукоделия – маленькие, с перламутровыми кольцами, для тонких и нежных пальцев, какие бывают лишь у истинных красавиц.
Тюнвиль невольно облизнулся, будто вместо девушки увидел лакомое блюдо. Впрочем, она и была такой – девственница благородных кровей. Из тех, что греют лучше золота и вина. Только это уже заставляло кровь бурлить, а принцесса ещё и такая строптивица… Хитрец Рихард сразу его разгадал, сразу понял, чего ему захотелось.
Вернее – кого.
Дракон перебросил ногу через подоконник и нечаянно сбросил шкатулку, которую не заметил за полупрозрачной шёлковой занавеской.
Шкатулка упала, и крышка отлетела, а по каменному полу рассыпалась какая-то травяная труха, пахнущая пряно и прохладно.
Принцесса Хильдерика вздрогнула и открыла глаза, сонно хлопая ресницами.
Впрочем, сон сейчас же соскочил с этих длинных ресниц, потому что девушка увидела Тюнвиля, который лез в окно в чём мать родила.
