Я очень ждала, чтобы и король отправился баиньки, но Рихард забрасывал удочку за удочкой и таскал одну за одной жирных рыбин. Их уже билось на дне лодки около десяти, а мой поплавок жалко болтался на волнах. И это веселило Рихарда необычайно.
– Сегодня вам не везёт, принц, – разглагольствовал он. – Похоже, придётся мне поучить вас не только окучивать, но и подсекать.
– По-моему, подсекаю я неплохо, вы это испробовали на себе, – сказала я, намекнув, как повалила во время драки эту царственную тушу.
– Да, дерётесь вы с такой злостью, что можете убить, – продолжал Рихард.
– Я вас понимаю, сам такой – чуть увлекусь, и меня не остановить. Один раз участвовал в турнире, на тупых мечах, и чуть не покалечил Большого Ллойда… Вы знаете, кто он такой?
– Нет, а должен? – равнодушно спросила я."
"– Это лучший мечник в королевстве, – король выдернул из воды ещё одну рыбу, нацепил на крючок улитку, поплевал на неё и забросил в море.
Я проследила полёт наживки взглядом и с раздражением увидела, как почти сразу же поплавок запрыгал – его ухватила очередная тупая рыбина, которой почему-то больше нравилось попадать на крючок королю, а не ко мне.
– Лучший мечник, – повторил Рихард, подсекая. – А я уделал его за пару минут.
Ну понятно, проиграл в драке – решил нагнать страху и рассказать между делом, какой он непобедимый. Знаем мы таких непобедимых. Некоторым и носы разбивали. В лёгкую.
– Если вы волнуетесь о жизнях своих подданных на предстоящем турнире, – сказала я кисло, наблюдая, как очередная кефаль плюхнулась на дно лодки, – то вам не придётся никого покалечить.
Если только собственную лошадь…
– О да, вы так предусмотрительно выбрали те состязания, где людишкам не придётся рвать пуп, сражаясь с драконом, – поддакнул он. – Глядите-ка, принц! У вас клюнуло! Наверное, какая-нибудь селёдка…
Но это была не селёдка. Я сразу почувствовала, что добыча попалась крупная. Удилище упруго выгнулось, а я покрепче упёрлась ногами в борт, отклоняясь назад, чтобы не утащило в воду.
На мгновение из воды плеснул рыбий хвост – да какой!.. Толщиной в две человеческие руки!
– Тащи же! Тащи! – Рихард позабыл о своей удочке, бросив её на произвол судьбы, и вцепился в моё удилище. – Клянусь! Там фунтов двадцать будет! Если не больше!..
Загорелая ручища дракона накрыла мою руку, и я снова почувствовала, что его плоть была твёрдой, как камень. И такая же холодная, хотя солнце уже поднялось над горизонтом, и даже дерево лодки нагрелось.
