— И он пошел туда?
— Да. Для Джорджа Ланкастера было не в диковинку спускаться ночью в лабораторию, чтобы проверить какой-нибудь эксперимент или сделать запись в журнале. Уатт испугался, что он допустил какую-нибудь ошибку. Но дверь в лабораторию была закрыта. Уатту пришлось пойти за ключом, который лежал в его столе возле кровати. Пока он за ним ходил, он услышал два пистолетных выстрела.
— Боже милосердный! А он видел убийцу?
— Нет. Когда он проник в лабораторию, негодяй уже сбежал через окно.
— И что было с вашим дедом?
— Уатт нашел его на полу умирающим в луже крови.
Элеонора содрогнулась, представив себе эту сцену.
— Какой ужас!
— Дядя Джордж еще был в сознании. Он успел пробормотать несколько слов, прежде чем умер. Уатт говорит, что они показались ему бессмысленными. Он подумал, что у хозяина галлюцинации в результате ранения.
— Уатт вспомнил, что ему сказал умирающий?
— Да, — ровным голосом подтвердил Артур. — По его мнению, слова дедушки Джорджа были адресованы мне. Вот они: «Скажи Артуру, что Меркурий еще жив».
У Элеоноры перехватило дыхание.
— В таком случае, сэр, вы правы, это связано со старыми компаньонами вашего деда и красными камнями.
— Да. Но я был уверен, что Меркурий умер. — Он скривил губы. — Никогда нельзя делать выводы, не имея надежных доказательств.
Она внимательно вгляделась в глубокие складки в уголках его рта. Ее раздражение бесследно улетучилось.
— Скажите, милорд, вы всегда не задумываясь спешите подставить свое плечо и взять на себя ответственность, когда дела складываются плохо?
Он бросил на нее быстрый взгляд и нахмурился:
— Что за вопрос? Я принимаю на себя ответственность, которая имеет ко мне отношение.
Элеонора заметила двух леди в дорогих нарядах в проезжающем мимо них экипаже, которые смотрели на них с Артуром с выражением кошек, увидевших глупую мышку. Она тут же закрылась зонтом от их алчных взглядов.
— За то короткое время, что я вас знаю, я поняла, что вы берете на себя ответственность всякий раз, когда считаете это своим долгом.
Вы взваливаете на свои плечи обязанности, словно они всю жизнь были вашими.
— Вероятно, это потому, что ответственность — удел моей жизни, — сухо ответил он. — Я контролирую огромное состояние и возглавляю немалое семейство. Кроме большого количества родственников, от меня в разной степени зависят множество арендаторов, фермеров, слуг и рабочих. При таком положении дел я не вижу, каким образом я мог бы снять с себя ответственность.
