Ее пронзила внезапная острая боль. Она невольно вздрогнула и, вскрикнув, впилась ногтями в спину Артуру.
— Проклятие!
Она открыла глаза и встретилась с его яростным взглядом."
"— Элеонора! — На его лице отразились эмоции, которые можно было назвать гневом. — Почему ты мне не сказала?
— Не сказала — что? — Она чуть пошевелилась, чувствуя, что ее тело понемногу приспосабливается к нему. Может, оно и вошло с трудом, но все же вошло. Или почти вошло. И это было самое главное.
— Почему ты мне не сказала, что ты девственница?
— Потому что это несущественно.
— Я считаю это важным.
— А я не считаю.
— Я считал тебя женщиной, достаточно опытной в этом вопросе.
Элеонора улыбнулась:
— У меня хорошие новости, сэр. С этого мгновения я и в самом деле стала женщиной с определенным опытом.
— Не дразни меня, — предупредил он. — Я на тебя очень сердит.
— Означает ли это, что ты не собираешься закончить то, что мы так хорошо начали?
— Похоже, я не в состоянии сейчас здраво мыслить.
Элеонора провела пальцами по его волосам.
— В таком случае ты должен позволить мне принимать решения за нас двоих. Я предпочла бы, чтобы ты закончил это дело, если только ты способен довести его до конца.
— Способен? Да я не способен ни на что другое! Опершись локтями о ковер, он обхватил ее голову руками и осыпал поцелуями ее лицо. Элеонора почувствовала, как он снова стал медленно, осторожно двигаться внутри ее. Она догадывалась, что он с трудом сохраняет над собой контроль, и ее переполняло радостью сознание этого.
Он покачивался на ней, погружаясь все глубже, постепенно ускоряя движения.
Ладонями она ощущала жесткость его мышц на спине. Сладостное напряжение все больше возрастало в ее теле. Она обняла его еще крепче, стремясь обследовать эту новую для нее территорию.
— Элеонора, Элеонора, я не могу сдержаться. Прости меня. Он резко извлек член из ее лона, встал на колени и схватил носовой платок, который аккуратно положил рядом с собой несколько минут назад. Артур торопливо обернул им головку своего члена.
С губ его слетел тяжелый стон, глаза превратились в щелки, и он, содрогаясь, кончил у нее на глазах.
Успокоившись, он упал ей на грудь, положив ногу ей на бедро и по-хозяйски обвив ее тело руками.
Некоторое время Элеонора лежала молча, прислушиваясь к своим ощущениям: тяжести тела Артура, теплу, исходящему от камина, и сладостной боли между бедер.
Наконец Артур пошевелился, поднялся на локтях и посмотрел на нее.
— Не совсем то, что ты ожидала, да? — спросил он.
