Милосердие нынче в моде, Вадик не может остаться в тени, это очень подходящий повод для появления в прессе. Нам нужны вивики. Не можешь купить парочку? По пятнадцать сантиметров. Маленькие будут плохо смотреться на фото в газетах.
– Вивики? – переспросила я.
– Ну да, штучки две, – подтвердила Елизавета, – не потеряй чек, мы тебе деньги вернем. Будь другом, выручи! У меня дел по горло! Вывеску надо приделать, палату успеть оборудовать до вечера.
– Баран тупой, – послышался на заднем фоне голос Гектора.
– Ты дома? – удивилась я. – И что значит «оборудовать палату»?
– Маленький мальчик, который ждет визита Вадика, лежит в больнице, – быстро заговорила Лиза, – у него очень опасное заболевание, поэтому никто из шоу-биза к малышу не спешит, трусливые подонки! Боятся заразиться. Ребенок плачет, ждет вивиков, акция «Помоги детям» длится уже месяц… сейчас гляну, как зовут парнишку… э… Никита Павлов. Диагноз выговорить не смогу… абр… дрк… мри… короче, не важно.
Совсем Никите плохо. Вадик узнал о нем и принял мужественное решение. Он принесет бедняжке обожаемых им вивиков.
– Оказывается, у Полканова доброе сердце, – пробормотала я, – вот уж не ожидала.
– Поскольку визит снимает телевидение, нужна подготовка, – частила Лиза. – Не парься, это моя проблема. Успею все, уже организовала кровать, аппаратуру, постельное белье, фуршет для корреспондентов. Но чертовы вивики из головы выпали!
Да уж! Лиза молодец, она сделала все, чтобы картинка на экране получилась эффектной.
Ну прямо вижу, как понукаемые усердной пресс-секретаршей люди сдергивают с постели малыша застиранное бельишко, застилают новое, натягивают на ребенка красивую пижаму, втаскивают в палату цветы, ставят там телевизор, Лизочек подумала обо всем, из ее слишком умной головки выпала лишь малозначительная мелочишка – подарок несчастному больному не куплен. Ну, право, какая ерунда! Главное, создать для Вадика достойное обрамление.
– Плиз, притащи хреновых вивиков, – ныла Лиза.
Мне совершенно не хотелось участвовать в подготовке торжественного прибытия Полканова в больницу. Только жаль ребенка, которому пообещали игрушку.
– Дашунечка, – стенала Лиза, – одна надежда на тебя! Глупо, если Вадюша в палату с одними цветами вопрется!
– Уже еду в магазин, – вздохнула я.
– Я тебя обожаю! – заорала Лиза. – Учти, вивики должны быть в Ложкине не позже девятнадцати сорока пяти.
