И дело даже не в роскошной лепнине высоченных потолков, и не в золотых светильниках, которые держали в пухлых ручонках шаловливые и лукавые купидоны, и не в роскошных коврах, сотканных вручную иранскими мастерицами, и не в каррарском мраморе, которым были отделаны громадные камины, и не в разноцветных бликах веселого света, брызгающих во все стороны от хрустальных подвесок громадных люстр, и не в наборном начищенном паркете, по которому бесшумно скользили услужливые и незаметные официанты, а в том состоянии уюта и комфорта, который охватывал каждого, кому посчастливилось проникнуть в это волшебное место!
Здесь собиралась московская знать самой высшей пробы, если только у знати на самом деле есть место, куда можно поставить эту самую пробу! Здесь, в исключительно семейной и дружественной обстановке, выпивали перед концертом глоток отличного коньяку знаменитые скрипачи и дирижеры, а респектабельные адвокаты, попыхивая сигарами, назначали встречи не менее респектабельным клиентам, попавшим в щекотливое положение.
Здесь отродясь не побывал ни один нахальный журналист в обтрепанных и не слишком чистых джинсах и с диктофоном – почти что фигой! – в кармане. Здесь заключались миллионные сделки и расторгались устойчивые браки. Здесь шли ко дну финансовые «Титаники» и создавались новые, ничуть не хуже прежних. Здесь не принято было громко говорить о делах, и пара мужчин в итальянских костюмах, раскинувшихся друг против друга в удобных кожаных креслах, не привлекала ничьего повышенного внимания.
Ни один уважающий себя член клуба ни за что на свете не нарушил бы уединения другого.
Тут подавали самый вкусный в Москве кофе, самые свежие ананасы и только что выловленных в Сен-Мало устриц. Тут праздновали дни рождения выросших дочерей и их помолвки с «достойными людьми», которые или уже состояли в клубе, или же автоматически должны были стать его членами.
Олег Петрович Никонов, бывший старший научный сотрудник, бывший начальник лаборатории и автор многих научных статей, когда-то экономивший свои честно заработанные двадцать долларов, которые непременно нужно было привезти домой «нетронутыми», чтобы порадовать жену, обожал клуб «Монарх» и платил бешеные деньги за членство в нем.
– Кофейку, Олег Петрович? – негромко спросил возникший из приглушенного света знакомый метрдотель и неуловимым движением указал Олегу Петровичу именно то место, где его ожидал партнер.
