И дом ее здесь, а не в какой-то чужеземной стране, которая для нее ничего не значит. Ей совершенно не интересен родной отец, которого Паппи считает некомпетентным и неспособным защитить ее.
– Почему ты ждал так долго, чтобы рассказать мне правду? – спросила она.
– Я не мог рассказать тебе раньше. Я не хотел, чтобы ты росла, зная о своем истинном происхождении и считая себя слишком важной особой, чтобы учиться чему-нибудь у других. Я бы и сейчас не признался, если бы не…
– Важная особа? Кто же я такая?
– Я уже сказал.
Стиндал.
– Это имя ничего для меня не значит, – раздраженно произнесла она. – Нельзя ли подробнее?
Он взглянул на нее с укором.
– Все ты знаешь. Тебя этому учили. Твой отец – Фредерик Стиндал, правящий монарх Лубинии.
После всех потрясений, свалившихся на нее, эти слова пролились целебным бальзамом на душу, потому что они доказывали нереальность происходящего. Алана даже расхохоталась:
– Все это было глупой шуткой, верно? Ты испытываешь мою стойкость, мою доверчивость? Похоже, я не выдержала проверку, поверив в красивую ложь.
Господи, какое же это облегчение! Ты просто… разыграл… меня…
Ее речь постепенно оборвалась. Паппи не смеялся вместе с ней, и выражение его лица было более серьезным, чем когда-либо.
– Это было для меня непростым решением, – сказал он. – Я вынашивал его на протяжении нескольких недель. Я всегда знал, что однажды мне придется возвратить тебя на родину и объявить о твоем происхождении, но не раньше, чем сочту это безопасным.
И меня приводит в ярость, что ты по-прежнему не находишься в безопасности! Однако полученные мной новости требуют твоего немедленного возвращения в Лубинию.
Она вскочила.
– Нет! Я не собираюсь отказываться от жизни, которую люблю!
– Алана, сторонники старого режима и покойного короля Эрнеста стремятся низвергнуть твоего отца. Они подстрекают недовольных на мятеж, распространяя лживые слухи о том, что король болен и вскоре может умереть, не оставив законного наследника. Это приведет к войне, если…
– Прекрати! – сердито воскликнула она, обливаясь слезами.
– Я больше ничего не желаю слышать! Как ты можешь просить меня о таком, если эта страна безразлична тебе, как и мне? Какое тебе дело? Ты ведь просто… просто наемный убийца! О боже!
Глава пятая"
"Алана выбежала из кабинета Паппи и заперлась в своей комнате. Паппи пошел за ней, но девушка рыдала слишком громко, чтобы услышать просьбы впустить его, и со временем стук в дверь прекратился.
