Вскочив на нее, он поднял Алану и посадил перед собой боком, со свешенными ногами, вызвав этим ее недовольство.
– Ты не можешь везти меня так в горы. Дороги там покрыты снегом, разве нет? Это тебе не на праздник ехать.
– Именно поэтому я велел запрячь сани. Это недалеко, у городских ворот.
– Сани? Закрытые?
– Нет, но в них будет веселее и безопаснее.
– Мы же замерзнем.
– Вдвоем – нет, – заверил он.
Она не обернулась к нему, чтобы понять, не шутит ли он. И не стала засыпать его вопросами, зная, что ему приходится не только править конем, но и держать ее перед собой.
"
"Они миновали ворота дворца и выехали из города, оставив позади очищенные от снега и льда городские улицы. Все вокруг было покрыто снегом, включая дороги, и не было сомнений в том, что в горах, куда они направлялись, сугробы еще выше, так что сани, предназначенные для подобных путешествий, были правильным выбором – если, конечно, Алана не продрогнет в них до костей.
Минут десять спустя Кристоф помог ей забраться в сани, ожидавшие их снаружи перед большим каретником.
Они были такими высокими, что ему пришлось поднять ее вверх. В сани уже была запряжена пара лошадей, по мнению Аланы, достаточно больших, чтобы без особого труда преодолевать снежные заносы. Широкое, устланное мехом сиденье размещалось сзади, а впереди высился облучок кучера, нанятого Кристофом. Изогнутый передний борт саней был достаточно высок, чтобы предохранять пассажиров от встречного ветра, но по бокам борта были намного ниже.
– Неужели мы едем так далеко, что можем не успеть до темноты? – крикнула Алана Кристофу, пока он привязывал коня позади саней.
Он подошел, чтобы сложить у ее ног винтовку, упакованный ею саквояж с вещами и седельную сумку. Она все еще стояла, опасаясь сесть на холодное от снега сиденье.
– Достаточно далеко, так что может понадобиться это, – сказал он, протягивая одеяла, переданные ему из каретного двора. Целый ворох их он сунул Алане.
Она чуть не упала, пытаясь удержать все одеяла, и бросила их на сиденье.
Когда он устраивался рядом, она смерила его негодующим взглядом. Он словно бы не заметил этого и расстелил одно одеяло поверх их коленей. Алана предпочла бы отдельное одеяло, вместо того чтобы делить одно на двоих, но больше не могла сдерживать в себе беспокоящие ее вопросы, поэтому не стала отвлекаться на пустяки.
Как только сани тронулись с места, она обратилась к Кристофу:
– Я проявила сверхъестественную выдержку.
– Так и есть, – согласился он.
