Он не сомневался, что она родит. Уже сейчас она подозревала, что снова беременна, но если это было действительно так, Фредерик не спешил объявлять об этом публично, даже ради того, чтобы положить конец мятежу. Это могло еще больше перепугать жену, и тогда все закончилось бы очередным выкидышем. Она хотела, чтобы ее беременность хранилась в тайне, как это было в случае с Аланой, а он отказывался. В конце концов, вся эта таинственность не помогла Алане.
Угроза, нависшая над ними, стала постоянным кошмаром для Николы.
Ему много раз говорили, что именно этот страх был причиной срывов беременности – страх, что их ребенок тоже будет похищен или убит. Правда, она искусно его скрывала. Только иногда плакала в объятиях Фредерика.
Он серьезно размышлял о том, чтобы на этот раз услать ее подальше на время беременности. Это был единственный способ ее успокоить.
– Пойдем, здесь небезопасно, – сказала она. – Ты ведь знаешь, что Кристоф не доверяет новым людям, которых пришлось набрать из-за мятежников.
Фредерик встал, но лишь затем, чтобы повернуться и крепко обнять Николу.
– Тебе не нужно волноваться об этом. Новички дежурят в паре с проверенными гвардейцами.
Никола вздохнула и нерешительно спросила:
– Что так остро напомнило тебе сегодня о потере?
– Появление очередной самозванки, которая утверждает, что эта могила пуста.
– Ты ее видел?
– Нет. Я боюсь – боюсь, что придушу ее собственными руками за то, что она притворяется моей дочерью, когда моя Алана лежит в земле!
– Хватит винить себя в этом.
Я знаю, ты считаешь, будто они погнались за тобой в надежде застать врасплох…
– Они всегда надеялись на это! И увидели меня с ней! Они правильно догадались, кто она такая, и убили ее, как только я уехал!
– Но ее падение могло быть случайностью. Это не твоя вина.
– Мне не стоило посещать ее так часто.
– Как ты мог не делать этого? Ведь она твоя дочь!
– Нужно было привезти ее домой! Здесь бы она была под лучшей защитой! А вместо этого я послушался этих старых советников, которые так пеклись о продолжении моего рода.
Нужно спрятать ее, говорили они. Пусть мои враги думают, что их план удался, и тогда не станут предпринимать новых попыток лишить меня наследника. Но они все равно ее нашли. Боже, мне следовало вырезать весь их род, каждого из Брасланов, проживающих в Европе!"
"– Ты говоришь это только потому, что горе твое так глубоко. В их огромной семье есть немало хороших матерей и отцов, а также невинных детей, дряхлых стариков и даже наших друзей.
