Великий каган должен узнать плохие новости первым.
* * *6 августа 626 года. Константинополь. Девятый день осады.
Аварское войско завершило все приготовления в немыслимо короткие сроки. Двенадцать осадных башен, два десятка таранов и сотня каменеметов=манган были готовы к бою. Весь прошлый день армия кагана прощупывала оборону стен, поливая защитников стрелами. Стреляли и всадники, которые в своей обычной манере трусили вдоль стен, выбивая из луков самых глупых и самых отважных. Стреляли и словене, которые подтащили поближе тяжеленные щиты в рост человека, сколоченные из жердей и досок, взятых из ближайших домов.
Ответными выстрелами из баллист щиты разбивало в щепки, раня и убивая стрелков, но это никого не останавливало. Нападавших были многие тысячи, и место убитых тут же занимали новые бойцы. И вот теперь все приготовления закончились.
Манганы, огромной дугой обнявшие город, выдохнули в едином порыве, и каменные снаряды полетели в сторону города. Первый выстрел был неудачным.
Пока что полуголые расчеты, суетившиеся у своих машин, лишь подбирали массу камней и то усилие, с которым должны тянуть веревки десятки воинов, которые и метали камни, применяя на практике знание рычага. Не так-то просто это было, и камни летели в стены, за стены, а то и вовсе бессильно шмякались на половине пути. У словен не было времени калибровать свои снаряды, обтесывая их под единый размер, а потому и выстрелы частенько удивляли своим результатом, заставляя стрелков чесать кудлатые затылки и прибавлять усилие, с которым они тянули свои веревки.
Или убавлять, тут уж как получится. Эффективность таких обстрелов пока была невелика, но зато искупалась количеством орудий. В город летело просто несметное количество камней, вышибая кирпичи из многострадальных стен, а то и разбивая крыши городских домов.
Жители окрестных районов с воплями побежали, когда с неба посыпались булыжники, которые убивали и ранили своими осколками всех подряд.
Впрочем, как и происходит обычно в таких случаях, куда больше людей было затоптано в панике, чем было убито неприятелем. Горожан предупреждали, что здесь будет опасно, но мало кто послушал глашатаев, опасаясь оставить свои дома на волю мародеров.
Доместик Стефан был на службе, удивляя безмятежностью вида сослуживцев, у которых от ужаса тряслись руки. А ведь сюда даже не доносился шум боя на феодосиевых стенах. До них было почти три мили.