Веки Ляйсан тоже сонно моргают."
"И мне вдруг нестерпимо хочется сыграть сейчас в игру, в которую я давно разучился — в счастливую семью. Хочется настолько сильно, что любая попытка сопротивляться этой идее вызывает у меня такое чувство глубокой тоски, что хоть топись.
Мои пальцы неконтролируемо накрывают пальчики Ляси. Глажу… С колотящимся сердцем приобняв за плечи, преодолевая её сопротивление и неуверенность, укладываю к себе на колени головой.
— Всё хорошо… — веду пальцами по косам. — Закрой глаза… отдохни…
Она как камешек, но послушно зажмуривается.
Оперевшись спиной на стенку, разглядываю небо. И глажу эту девочку по красивым атласным косам, обводя пальцами жемчужные нити. Твою мать… Это так красиво, что я забываю дышать!
Поправляю распахнувшийся палантин, закрывая оголившееся плечо.
И в какой-то момент чувствую, как она полностью расслабляется. И начинает размеренно сопеть следом за Марусей.
Вот… Игра удалась. Я чувствую наполненность и счастье.
Глава 21 — Ревность (Тимур)
Под утро сны становятся прозрачными и смешиваются с реальностью.
Мне снятся невинные, по сути, вещи, но будоражат они меня до ломоты в теле и удушья.
Мне снится, как я сжимаю её ладонь и чувствую большим пальцем неровный пульс на запястье.
Мне снится её запах… шёпот… внимательные бездонные глаза.
Будит меня поцелуй в шею. Я не открываю глаз и снова позволяю Алле оседлать себя. Но тут же волна тревоги словно ошпаривает! Что?.. Прислушиваюсь к себе и не могу слёту вспомнить, почему я должен её остановить.
Но точно знаю — должен.
А! Чёрт… Она же слезла с контрацептивов!
— Стоп, — ссаживаю с себя.
Мой будильник звонит. Выключаю и, раздражаясь от неудовлетворённости, присаживаюсь, взъерошивая волосы.
— Тим?.. — вопросительно.
Не глядя, шарю по тумбочке в поисках сигарет. Но натыкаюсь на никотиновый пластырь. Ааа… да.
— Тимур!
— Незащищённого секса не будет.
— Ну… хочешь, я опять начну их пить? Какие проблемы?
Не уверен, что бросала.
— Нет. Не хочу.
— Почему?
— Я тебе больше в этом не доверяю.
— Ии… как теперь ты это всё видишь?
— Честно? Плохо. Только с резиной.
— Я что тебе — шлюха какая-то? — обиженно.
— В этом не могу упрекнуть.
Таких косяков за ней никогда не было. Может, ещё и поэтому мы продержались так долго.
— Тим… — влажный поцелуй в шею.
Моё тело хочет, да. А я — нет. И мне от этого тошно.
— Мне надо ехать.
— Там же Костя. Задержись на полчаса.
— Не могу.
Мне ещё Ляйсан везти в этот её… студенческий… на игру.
