- Горячим теперь!
- Трахни меня... - шепчет на ухо, едва различимо.
- Ррр... -
Кусаю губами шею, наслаждаясь ее стонами.
- И еще - острым!... - требую я
- Нет... нет... нет... - возбуждённо хихикая. - Я опять умру!...
- Да!... Давай... Тебе нравится!
Насаживаю на себя, наслаждаясь обжигающей долгожданной теснотой моей маленькой девочки. Головку сдавливает так, что темнеет в глазах.
- Ну... как тебе хочется?...
- Ох!.. - закатывает глаза, выгибаясь на мне.
- Жестко, - подсказываю ей, облизывая нежное ушко.
- Да! - зажмуривается, судорожно сжимая меня бедрами.
Делаю несколько медленных мучительных для меня движений, расслабляя ее окончательно. И только закрываю глаза, чтобы впечататься как следует.
..
За дверью голоса. За нашей ПРИОТКРЫТОЙ дверью.
- Иван, как-то неудобно без звонка.
- Удобно. Я что, не могу к дочери приехать, посмотреть как она живёт? Он пригласил в конце концов.
- На свадьбу.
- А я недопонял!
Мы в ужасе распахиваем с Машей глаза. Психуя отпускаю её на ноги, заправляя тяжёлый ноющий член обратно.
- Должен признаться, я ненавижу твоего батюшку!! - шепчу я, раздражено лупя ладонью по стене.
- За его вот это вот - внезапное!
- Не могу осуждать! - страдающе сводит брови Маша, прикрывая предплечьем грудь.
Звонок в дверь.
- Накинь что-нибудь... наручники убери... - шепчемся мы, приводя себя в порядок.
- У меня же гусь горелый... - с отчаянием.
- Ну должны же мы ему как-то отомстить? - усмехаюсь я.
Надев майку, Маша вылетает ко мне. Натягиваем нервные улыбки. Впереди еще один бой за автономность. А может быть и не один. Но это так... Войну мы уже выиграли. Поэтому, можем быть вежливы и невзыскательны к смирившемуся противнику.
Прижимая Машу к себе, распахиваю дверь. Ну что...
