Отец разбаловал, одна она у него.
- А кого еще отцам баловать, как не дочерей, - улыбнулся каган, косясь на сидящую рядом собственную дочь. Как же быстро выросла – моргнуть не успел! Только-только первые шаги делала, а уже вот – невестой сидит, смотрит влюбленными глазами на князя миргородского. Шайтан его побери.
Происходящее действо захватило всех зрителей. Оставался последний элемент танца, когда воин простирает над головой девушки оружие, что держит за острие и рукоять. Обещая ей кров и защиту. В этот момент распахнулись двери горницы.
- Уф, успел! – в зале будто бы стразу стало меньше места.
- Байрат! – Тами вскочила с места и, подхватив платье, бросилась к гостю. Она обожала своего медведеподобного, чуть грубоватого брата. Никогда у того камня за пазухой не было, не умел он хитрить и юлить.
- Малышечка моя! Ты же не думала, что я пропущу твою свадьбу? – с громким смехом гость сжал ее в своих объятьях, едва ли не до хруста.
- Спасибо, что приехал! Я так по тебе скучала.
- Ох, и красива ты сегодня, сестренка.
Будто все рассветы на земле, - Байрату все же пришлось разжать объятья, ибо подоспел Велеслав. Приобняв Тами, притянул одной рукой к себе, другую протягивая гостю для рукопожатия.
- Здравствуй, Байрат! Добро пожаловать.
- Здравствуй, князь! Поздравляю со свадьбой. Ты выбрал себе лучшую из женщин.
- Я знаю. А ты – почему один?
- Жена моя не смогла отлучиться. Неспокойно еще у нас. Оттого я сегодня же вечером уеду, к ней.
- Понимаю, друг. Пойдем к столу! Передохнешь, порадуешься с нами.
Рады видеть друг друга браться, крепко обнялись, приветствуя друг друга. Хоть и разные, а все ж удивительное меж ними единение, никто ни с кем не соперничает. Вот только хоть и поклонился уважительно Байрат отцу – тот хмурым кивком поприветствовал сына и не позволил подле себя сесть. Указал на место с краю стола, рядом с Маликсаром. Не простил каган сыну сгинувших шаманов. Ибо их верховный обещал, что найдет, помимо безграничной власти, способ вернуть умерших. Одну…"
"Да только не гоже сегодня о грустном – свадьба же! Пир своим чередом идет, все новые и новые яства на стол ставят, и здешние разносолы, и иноземные.
Медовые сладости с фисташками больно по вкусу женщинам пришлись, все до единого сметают с подносов. Здравицы звучат, то и дело смех негромкий слышится. Веселится свадьба, гости пируют.
Как вдруг слово сам каган решил взять. Заговорил негромко, но отчего-то его хрипловатый голос по всей трапезной слышно. Вмиг тишина установилась.
