Произнеся тихую молитву, Драгомир разводит руки в стороны и зычно произносит:
- Силой земли, силой огня и силой воды пред всеми богами свидетельствую, что отныне и навеки эти двое – муж и жена!
Едва только лента исчезает, князь берет правую руку молодой жены и уверенно надевает ей княжье кольцо с крупным голубовато-синим камнем. Из поколения в поколение его носили миргородские княгини. Внутри Тамирис поднимается такая волна счастья, что слезы подступают к глазам.
- Твой черед, любимая, - Велеслав протягивает в ладони второе кольцо.
То, что всегда носил на левой руке. Символ княжьей власти. Еще мгновение и тонкие дрожащие пальцы с трудом, но надевают перстень на безымянный палец правой руки.
Тамирис вскидывает на него глаза."
"- Наконец-то – жена моя, - улыбается князь. В фиалковых глазах на мгновение вспыхивает удивление. Кто жена? Она? Уже все? Точно-точно все свершилось?
- Муж … мой? – изумленно шепчет она.
- Твой. Только твой, княгиня моя, - с легкой улыбкой Велеслав нетерпеливо накрывает нежные губы в поцелуе.
Первое супружеское прикосновение. Нежное, но такое многообещающее. Мужской язык проскальзывает ей в рот, головокружительно оглаживая. И заставляя ухватиться за широкие плечи. Она коротко выдыхает, невольно прижимаясь к мужу? – вот диво, еще крепче. Поцелуй становится жарче. Ох, как же хочется, чтобы эти губы спустились по шее ниже, туда, где все истосковалось по прикосновениям.
- Князь, ты хоть и муж уже сестре моей, но мне, как брату, смотреть на такое неловко. Особенно – на голодный желудок, - насмешливый голос Джанибека возвращает их в действительность.
Велеслав нехотя отстраняется от молодой жены. Оглаживает нежную щеку, любуясь алеющими губками. Поворачивает голову в сторону каганчи.
- Припомню тебе, когда ты после брачного обряда целовать свою молодую будешь.
- У меня их может быть шестеро, так что устанешь припоминать, дорогой друг.
- Это мы еще посмотрим, - ухмыляется, князь, после чего зычно требует, - дружина моя! Поприветствуйте жену мою и княгиню вашу!
Разрывается охранный круг, воины выстраиваются в две линии и низко кланяются молодой хозяйке этих земель.
Не зная, как реагировать, Тами грациозным кивком принимает приветствие. Вот ведь удивительно – у нее на родине первыми поздравляют родные, соседи, царедворцы наконец, а здесь – воины. Ибо силой на этой земле мир охраняется. И ей теперь его беречь, наравне с мужем.
- Пойдем, свет мой. Заждались нас гости, - бережно кладет он руку ее на свое предплечье.
