- Удивительная у тебя земля, князь, - наконец заговорил валорец, - здесь пропадают мои шаманы и находятся уехавшие в замужество дочери. А еще – у тебя сильные колдуны, что ведут и возвращают, откуда нет хода живым. Еще день назад не могло быть и речи о том, чтобы моя единственная дочь осталась здесь, на чужбине. Ибо не знал я… многое не знал про земли эти, и про самого себя. У вас особенный воздух, князь, он раскрывает тайное, возвращает давно утерянное и забытое. А земля здешняя дает силы стоять на своем до конца, на том, что важнее жизни.
Потому, я – Вал-Сулим-каган объявляю свою волю, – повисла пауза, от которой все присутствующие перестали дышать, – свадьбе моей дочери Тамирис-кагани и миргородского князя Велеслава быть! Чтобы мои внуки управляли этой землей!
Загудел шатер разноголосым гулом. Ошеломленные валорцы и довольно улыбающиеся миргородцы. Переглядывались, хлопали друг друга по плечам и удивленно всплескивали руками. Шумно стало, оттого не услышали окружающие тихого, прозвучавшего во время крепкого рукопожатия.
- Но за калым Тамирис я с тебя три шкуры спущу.
- Мне за нее ничего не жаль. А вот советники мои еще с твоими поторгуются.
- И чтоб с внуками не затягивал!
- Тут ты, каган, с матушкой моей заодно. Она нам первая спуску не даст.
- Узнаю, что обидишь… - нахмурился каган.
- Это вряд ли. Она первая своей Тьмой так образумит, что мало не покажется.
- Это да. – осклабился валорец. – Моя девочка! Береги ее князь. Больше всего прошу – береги ее. Иначе приду и выжгу все.
- Я за одну ее слезинку сам уничтожу любого, каган. Даже не сомневайся.
- По имени меня зови, раз уж породнимся. И так знаешь, что я главный валор, оттого можешь без «Вал». Просто Сулим.
- Велеслав.
Еще раз крепко пожимают друг другу руки будущие родственники. Отводит каган руку в сторону и Джанибек, как старший сын, подводит к ним Тамирис. Кажется, что от ее счастливых глаз светлее становится в шатре. Она уже не прячет улыбки, от которой у него замирает сердце. Если сам брак будет по миргородским традициям, но обручение должно быть по традициям невесты.
А значит – по иному нынче все.
Отец развязывает на Тамирис широкий, богато украшенный церемониальный пояс и передает ей в руки, показывая, что согласен отдать дочь. Девушка принимает пояс и крепко держит в руках. Если выронит на пол – значит невеста не согласна. Редко, но и такое бывало, а значит свадьбе не бывать. Вот только не сейчас. Стоит она возле отца, пунцовая от смущения.
