И что же это сейчас было? Попытка навести мосты дружбы или указать на ее место? Любая мать будет выгораживать своего ребенка, не важно – княгиня или крестьянка. Но и откинуть ее слова, как ненужную шелуху тоже не получалось. Что делать? Голова не хотела мыслить рационально, слишком бурлили в душе эмоции. Мешая сосредоточиться.
В дверь неслышной тенью прошуршала верная Надин.
- Госпожа, может приготовить тебе ванну?
- Давай. Хоть отвлекусь.
Увы, не получилось. Мысли роились и множились. Обида, боль, горечь и отвергнутая любовь, будь она неладна, сплелись в тугой противный ком.
Когда одно не могло отделиться от другого и мешало мыслить рационально.
Посвежевшая, но по-прежнему угрюмая Тамирис, вернулась в спальню прилечь, когда пришла незнакомая служанка. Они пошептались с Надин, после чего та осторожно поскреблась в опочивальню.
– Госпожа, твой брат спрашивал о тебе. Зовет на завтрак и просит выйти к нему. Его сюда не пускают, и он… недоволен.
- Еще бы! Посмели отказать каганчи в его желаниях, - усмехнулась Тамирис, присаживаясь на кровати, - подай мне плащ.
В здешних открытых переходах довольно свежо.
- Может сменим одежду на что-то более достойное дочери кагана? – осторожно поинтересовалась служанка, накидывая теплое одеяние на хрупкие плечи.
- И не подумаю. Мне так удобнее.
Вот только с братом поговорить не получилось. Вездесущая княгиня в ином, еще более роскошном наряде стояла у выхода из женской половины и беседовала с Джанибеком. Тами сумела уловить лишь кусок их разговора.
- Тебе не следовало давить на нее, каганчи. Моя девочка не похожа на ваших женщин.
- Она должна была привыкнуть смиряться! У нас это норма.
- Мужчина по-разному может смирить женщину. Лаской оно…
Княгиня резко осеклась, заметив подошедшую Тамирис.
- Пойдемте, гости дорогие. Потрапезничаем, чем Боги послали.
И вот они за столом в уютной комнате. Что-то вроде столовой для узкого круга. За окном пасмурно, а здесь – теплым светом горят многочисленные свечи, нежная роспись стен то тут то там поблескивает позолотой, а резное дерево панелей кажется диковинным кружевом, что само выступило на стенах.
Тамирис искренне была рада видеть огневку. За такой короткий промежуток успела прикипеть к ней всей душой. Та, не сдерживая порыва, с радостным визгом немедленно обняла подругу. Более сдержанной Тамирис ничего не оставалось как обнять ее в ответ. Вот уж у кого нужно поучиться не скрывать своих чувств и следовать своим желаниям.
