Значит, и она должна просить Бога о прощении убийцам… Эльге, Святославу… Вальге, Асмунду, Мистине, Люту и всем другим, кто в ту зиму осаждал Искоростень. Малуша увлеченно молилась перед иконой Богородицы в княгининой избе, будто умоляла о спасении для самой себя. Странно было заботиться о княгине, которая была здесь всемогуща и могла сама как позаботиться о любом, так и погубить. Но это было правильно. Потому что она и ее сын виноваты перед родом Малуши. А Бог ведь все видит…
Может ли она их просить? Пусть Бог простит.
Перед Богом Эльга очистилась от прежнего зла, когда крестилась. Но перед родом Малуши… Ей лучше об этом не думать. Безумие – воображать, будто княгиня, отвечающая лишь перед Богом, может нуждаться в прощении девчонки-сироты…
Но разве не равны они перед Богом?
Когда в серо-бурой толпе рубищ возле церкви перед нею вновь мелькнул знакомый рубец на одноглазом лице, Малуша вскрикнула и вцепилась в руку Векоши, служанки. Бродяга Малко возник перед ней, будто Кощей… или Один, или еще какой бес из числа старых богов – посланец бездны.
Если бы не он и не его расспросы о родителях, она не задумалась бы и не знала бы всего того, что истомило ее хуже всякого недуга.
– Вон пошел! – встревоженная Векоша замахнулась на Малко. – Гоните прочь этого беса! Девка у нас пуглива, и так еле на ногах стоит!
– Не надо! – попыталась возразить Малуша.
Но ее не слушали: Благомысл с отроками устремились на толпу, древками копий отгоняя с дороги всех подряд. Малко прянул назад и скрылся среди бурых свит и нечесаных голов.
А Малуша разрыдалась: теперь она и перед ним виновата, из-за нее увечный остался без хлеба!
* * *Когда княгиня с приближенными возвращалась из церкви, у Малуши не оставалось времени глазеть по сторонам. По большей части угощение готовили заранее, но еще оставалось работы – резать, раскладывать, разливать и подавать. Переменив платье с цветного на простое, среди прочей челяди она носилась между гридницей, поварней, погребом и клетями-медушами. И сегодня впервые за свою жизнь задумалась: ее ли дело – таскать деревянные блюда с луком и печеными яйцами на столы? Она – княжеская дочь, в жилах ее – кровь деревских князей и того самого Олега Вещего, родство с которым сделало Эльгу госпожой над всем этим.
Так почему она, Малуша, не сидит на резном стульчике на возвышении, как эта егоза Браня, а суетится в толпе служанок – купленных рабынь?
Лишь сейчас она обратила внимание на эту несообразность. Но уже знала ответ.
